Когда закончится август (ЛП)

Я восприняла это как намек на то, что он хочет, чтобы я подошла к нему и объяснилась, возможно, пока он сидит и потягивает кофе, наслаждаясь зрелищем моего унижения.

Проглотив свою гордость, я вернулась в лодочный домик, чтобы ответить за свои поступки.

Как обычно, он открыл дверь прежде, чем я успела постучать.

Волосы Ноа были мокрыми. Он надел серую футболку, которая плотно облегала его мускулы. На нем были джинсы, а ноги босые.

Он молчал. Все, что можно было услышать, — это звук просачивающегося кофе. Что меня поразило, так это отсутствие веселья на его лице. Он выглядел серьезно обеспокоенным моим психическим здоровьем.

Я не могла его винить.

Мне хотелось убежать в горы, но вместо этого я сразу же бросилась объяснять.

— Я видела здесь Киру Шоу. Я смотрела в окно и увидела, как ты открыл дверь и впустил ее.

— Ты это видела, да?

— Ты уверена, что видела, как я открывал дверь?

— Да. По крайней мере, мне так кажется, но теперь я думаю, нет ли у меня галлюцинаций.

Кофе сделал громкий булькающий звук, который всегда делает, когда прекращает наполнять кофейник. Ноа подошел к кофейнику и налил немного в кружку.

— Нет, спасибо. Я уже выпила немного. Я насытилась.

— Очевидно, в твоем диком воображении, так же как и я этим утром.

— Хочешь киш? — спросил он.

— Киш. Это такой яичный пирог с— Я знаю, что это такое, но нет, я не голодна.

— О, это очень плохо… Потому что без моего ведома Кира вошла в мою квартиру, когда я был в душе, и оставила мне целый киш.

Мой взгляд следовал за ним, когда он подошел к кишу по другую сторону стола. Я не заметила до этого момента. Сверху на тарелке с пирогом была небольшая записка.

Ной уставился на меня, а я на него.

Передав ему записку, я сказала: — Хорошо. Я слишком остро отреагировала.

Он закрыл глаза и сказал на выдохе: — Блять.

— Я предположила, что она была здесь с тобой. Извини. Этому нет оправданий. Думаю от старых привычек не так легко избавиться. Я чувствую себя такой идиоткой.

Ноа долго смотрел на меня.

Я ожидала, что он начнет меня ругать, но он этого не сделал.

— Вот что я тебе скажу…как насчет того, чтобы ты перестала корить себя из-за этого, и мы притворимся, что этого никогда не было?

— Ты так легко отпустишь мне это? Никаких насмешек? Никаких упреков насчет того, что это не мое чертово дело?

— Что ж, это правда. Но у тебя слишком много забот. Я не собираюсь ничего добавлять к этому. Давай просто забудем об этом.

Я вздохнула с облегчением. — Это звучит очень хорошо для меня.

Ноа кивнул и продолжал молча смотреть на меня. Я чувствовала, что мне нужно уйти, пока я не сделала хуже.

Указав себе на дверь за спиной, я сказала: — Мне лучше уйти. Сегодня утром у меня назначена встреча с риэлтором.

Он кивнул. — Хорошо. Держи меня в курсе.