Когда трепещут мечты

"

"Проснувшись,

она почувствовала внутри себя невероятную пустоту, которую невозможно было

списать на один только голод. Она постаралась не придавать этому значения и

потянулась за телефоном.

–

Это Рейчел Хоторн. Я сейчас не могу поговорить с вами, поэтому, пожалуйста,

оставьте…

Лесли

нажала отбой и уставилась в потолок. Она думала о том, что сейчас делает Дэв,

болит ли ее нога, сможет ли она прийти на ужин в гостиницу. Может быть, стоит

ее навестить.

–

Что я делаю? – пробормотала Лесли, с раздражением сбрасывая с себя одеяло. –

Теряю рассудок. Вот что я делаю.

Телефон

завибрировал, и Лесли резко схватила его.

–

Алло.

–

Привет, дорогая. Я за рулем.

Лесли

почувствовала облегчение. Голос Рейчел напоминал о том, что у нее все еще есть нормальная жизнь.

–

Привет. Мне сказали, ты звонила. Как ты?

–

Нормально. Работа кипит. Твоя мать говорила, что у вас была буря.

Лесли

рассмеялась:

–

Можно сказать и так.

–

Послушай, дорогая, я сейчас еду навстречу с клиентом, но у меня отличные новости…

–

У меня тоже. Я вернусь до…

–

Я вылетаю к тебе на День Независимости. Боюсь, одна ночь – это максимум, что я

могу.

В

животе Лесли все сжалось.

–

В этом нет необходимости, Рейч. Я знаю, как ты занята…

–

Ерунда, моя дорогая. Мы отлично проведем время, – она хрипло рассмеялась. – Я

заезжаю в подземный паркинг, так что отключаюсь. Увидимся.

–

Рейчел, подожди! Рейч? – Лесли неподвижно сидела с телефоном в руке. Она не

понимала, почему не хочет, чтобы Рейчел приезжала. Может быть, Приозерный

просто не был частью их совместной жизни. И Рейчел незачем было знать о прошлом,

которое уже не имеет значения. Или же Лесли боялась, что за последние дни

изменилась слишком сильно, чтобы вернуться к своей обычной жизни.

Глава

Двадцатая

Лесли

надела джинсы, теплую водолазку и самые толстые носки из тех, что взяла с

собой. Осталось только что-то придумать с обувью. Весь ее выбор сводился к

кроссовкам и выходным туфлям. И, как можно догадаться, ни один из вариантов не

выдержал бы прогулки по размытой дождем лесной дороге. Вздохнув, Лесли натянула

сапоги Дэв. Она надеялась, что сможет одолжить подходящую обувь у мамы, а эти –

вернуть их законной владелице.

С

фонариком в одной руке и свертком с одеждой в другой, Лесли пошла к гостинице.

Ливень стих и превратился в небольшой дождь. И, тем не менее, Лесли чувствовала

себя так, будто уже несколько дней пробивается сквозь толщи воды. Лесли

медленно шла, вглядываясь в затянутое тучами небо, сквозь которые луне так и не

удалось пробиться. Вдруг яркий свет фонаря больно ударил по ее глазам.

–

Эй! – возмущенно воскликнула она.

–

Ой, простите, – отозвался женский голос, и луч света опустился вниз.

Лесли

осторожно приблизилась.