Когда Судьба настаивает

А выключи она фары своего автомобиля и подними она в этот момент голову, она бы увидела, что на втором этаже в темном окне стоит, опираясь на трость, Герман.

Герман видел, как у их участка, как раз в свете фонаря, остановился старенький автомобиль. Он не ждал приезда Вильмы специально, нет. Просто он любил постоять вот так, в темноте, глядя на улицу. Редкие автомобили, свет фонарей, горящие окна соседей, живущих своей размеренной жизнью, всё это успокаивало. Спроси его кто-нибудь в этот момент, что он видит в окнах соседей, он бы не ответил. Не ответил, потому что не подглядывал за соседями, не следил. Он думал о своем.

И сегодня эта его привычка постоять в темноте и обдумать события сегодняшнего дня, принесла неожиданные плоды: он видел, как из старенького автомобиля вышла Элизабет. Шикарная, как всегда! Старенький автомобиль не мог ввести его в заблуждение, к тому же, он наверняка принадлежит её родителям. Элизабет обошла машину и подала руку Вильме, они о чем-то ещё поговорили, лица Вильмы он не видел, она стояла к дому спиной, а вот лицо Элизабет было видно хорошо: она улыбалась тепло, как, должно быть, матери улыбаются своим детям, погладила Вильму по плечу. Герману даже показалось, что она готова обнять Вильму! В позе самой Вильмы не было ничего вызывающего, наоборот, они стояли слишком близко. И это его дочь?

Вильма никогда не возражала против присутствия женщин в жизни отца, но она никогда и не шла с ними на телесный контакт. Да она вообще ни на какой контакт не шла ни с одной из его дам! А тут, надо же, не дернулась, не убежала – просто стояла. Вильма уже шагнула в сторону дома, но передумала и шагнув обратно, что-то сказала Элизабет такое, от чего она замерла. Элизабет даже не сразу вернулась за руль. Герман шумно выдохнул и отошел от окна. Едва он вернулся за стол к компьютеру, как в дверь его кабинета постучали.

– Входи!

– Пап, я должна извиниться и перед тобой тоже. Я сейчас сказала это Элизабет, хочу сказать и тебе то же самое. Хочу, чтобы ты знал: я не буду возражать, если ты и Элизабет решите встречаться. Я была не права, не имела тогда, и не имею сейчас никакого права вмешиваться в вашу с ней жизнь! Прости меня, пожалуйста! Элизабет та женщина, которая достойна тебя, и она нужна тебе так же, как и ты ей!

Не дав что-то ответить отцу, Вильма вышла, закрыв за собой дверь в его кабинет. Вильма ушла, а Герман так и остался сидеть, не включив компьютер. Теперь понятно, что такого его дочь сказала Элизабет, от чего она замерла. Он бы тоже замер на месте Элизабет. Да он и замер, только сидя у себя в кабинете.

Домой Лиза улетела через два дня. В этот раз она летела в одном самолете с Леонидом и его другом.

– Не самолет, а какой-то дом встреч, честное слово, – усмехнулась Элизабет, увидев Леонида и его друга.