Когда шатается трон

Будем строить!

— И еще гражданских архитекторов и инженеров прикомандируйте, чтобы веры больше было. Пусть они считают, что это стройка.

— Но тогда строить придётся.

— Значит, будем строить — не впервой.

Товарищ Берия припечатал ладонь к столу.

— Молодец, Пётр Семёнович, умеешь мыслить. Такую маскировку придумал, что никому в голову не придёт! Ценю. За какой срок справишься?

— Если все бумаги и материалы будут в наличии — за неделю.

— Неделя — много. Три дня. Народа у тебя в достатке, одни будут колючку тянуть, другие барак собирать. Если что, костры разведёшь или палатки для ночёвки поставишь. Работать круглосуточно в три смены. На стройку наложу гриф секретности, чтобы никто не совался. Если кто-то посторонний проявит ненужное любопытство, то вывезешь своих людей, а я на их место обыкновенных заключённых и во́хру подгоню. Действуй, Пётр Семёнович, большое дело тебя ждёт. Справишься, все статьи с тебя сниму и домой с почётом отправлю. — Товарищ Берия встал, пожал Петру Семёновичу руку и добавил: — Верю тебе!

А что при этом подумал — это только ему одному ведомо.

* * *Работа кипела, десятки людей в черных телогрейках долбили ломами мёрзлую землю, вкапывали в ямы столбы, растягивали на них колючую проволоку, ставили по углам вышки с прожекторами, раскатывали брёвна под барак и заливали фундаменты… По всему периметру горели жаркие костры, возле которых грелись «строители». А потом они снова долбили, копали, пилили и стучали топорами.

Среди зэков бродили гражданские инженеры с мерительными лентами и уровнями и что-то такое мерили и считали в блокнотах.

— Вот здесь угол не соответствует заданным техническим параметрам. На полградуса. Полюбуйтесь, любезнейший. Так нельзя, это стройка союзного значения, а вы допускаете халтуру.

Хотя никакая это не стройка, а чистая туфта для отвода глаз. И инженер этот — туфта, хотя об этом не догадывается, честно надрывая на стройке пуп.

— Я настоятельно прошу переделать вот здесь и здесь…

И еще один сотрудник, с каким-то совочком и круглыми от возмущения глазами.

— Я взял пробы бетона.

— Ну, хорошо.

— Ничего хорошего! Это… это безобразие! Вы какой марки цемент используете? Что?! А надо пятисотый, с морозоустойчивыми добавками. Это фундамент, голубчик, а фундамент — основа всего!

Кто бы спорил…

— Вот теперь берите ломы и разбивайте от этого места до вон того.

А вот здесь уже хочется поспорить.

— Он же схватился в монолит, его отбойником не расшибить.

— А вот это меня не волнует. Я отвечаю за качество, так что будьте любезны. Я не хочу, как вы, в телогрейке…

Ну, ладно, раздолбим, наше дело маленькое: начальник сказал — зэк сделает. Беломорско-Балтийский канал кирками и лопатами прорыли, а здесь десяток кубов бетона искрошить.