Когда правит страсть

Интересно, подумала Алана, а способны ли ее щеки пылать еще жарче?

Отец тоже был смущен, но по иной причине.

– Не будь я так сердит на Кристофа, я не стал бы предлагать тебе помолвку с Карстеном, – вздохнул он. – Я сразу понял, что Кристоф самый лучший муж для тебя. Я многим ему обязан. Знаешь, он даже спас мне жизнь. Я никак не мог придумать для него достойной награды… до этого дня. Вы оба согласны?

Что могла ответить Алана? Несмотря на смущение и потрясение, вызванное словами Фредерика, она не могла не чувствовать восторга при мысли о том, что теперь получит то, чего она действительно хочет.

Так что она застенчиво кивнула, а отец улыбнулся и продолжил:

– Пока мы беседуем, слуги ищут подвенечный наряд твоей матери. Составляется список придворных, которые будут приглашены на церемонию. Остановка только за Кристофом. Я пообещал ему все что мог. Хочу, чтобы он чувствовал себя равным в нашей семье. Но думаю, он должен услышать соответствующие заверения и от тебя, чтобы убедиться окончательно.

Возможно, вчера Кристоф и дал согласие на брак, но он мог так же легко отказаться, ведь по прошествии времени он мог и передумать. И все же этот брак, очевидно, имел большое значение для отца, а Алане хотелось сделать его счастливым.

– Пожалуй, я могла бы пригласить его поужинать со мной, если мне будет позволено побыть с ним наедине.

Отец немного поколебался, а затем кивнул:

– Поскольку через два дня вы станете мужем и женой, то я не вижу препятствий. Пожалуй, это отличная идея. Открой ему все, что у тебя на душе, Алана.

Но этого она сказать не могла, поскольку не знала, что на душе у Кристофа. Карстен мог ошибаться, когда заявил, что их любовь видна всем. Отец тоже мог заблуждаться. А чувства Кристофа были слишком важны для Аланы, чтобы полагаться на суждения других людей. Ей придется подумать, что сказать ему. Недостаточно лишь передать слова отца о том, что они готовы принять Кристофа с распростертыми объятиями.

Она послала ему приглашение, приказала дворцовым поварам приготовить что-нибудь особенное на ужин, пообщалась с десятком швей, которые преобразили свадебное платье матери – оно сидело идеально! После этого до ужина осталось около трех часов, и она провела это время в приготовлениях. Ей хотелось долго полежать в ванне, хорошенько вымыть волосы. Еще она спросила горничную, не найдется ли у мачехи каких-нибудь хороших духов, которые можно позаимствовать, и девушка вернулась с корзинкой, полной флаконов. Алана попросила уложить ей волосы. Она никак не могла решить, что надеть, хотя в конце концов выбрала одно из своих любимых платьев – вечерний наряд из золотистого шелка с белой отделкой.