Когда правит страсть

Отсюда было удобнее следить за противником: она могла видеть его в полный рост, а не только одну его руку. Кристоф не рассердится, если она поможет, когда настанет время.

– Это не имело бы значения, если б она добилась своего, – отмахнулся Эверард. – Я не вижу ничего зазорного в том, что она забавляется с молодым человеком, который пришелся ей по душе. Ведь, очевидно, ты ей больше не нравишься. А он доставляет мне письма, поэтому часто бывает здесь. Очень трудно посещать друзей, не возбуждая подозрений. Ты слишком пристально следишь за ними.

– Разумеется, слежу, и Карстен Браслан скоро будет арестован за государственную измену.

– Конечно, арестуй его. Кому он нужен? – рассмеялся Эверард. – Он проявил себя глупцом, позволив своим людям напасть на дворец, после того как кто-то – не думаю, что это был ты или твои гвардейцы – избил его. Скорее всего, какой-то ревнивый муж.

– Так он не затевал мятеж?

– Конечно, нет! Все вы превратно судите о Брасланах. Они богаты, избалованны и ленивы. Они привыкли, что всю работу за них делают другие. Новое поколение совсем не то, что Эрнест и старая гвардия. Вот те были бойцами!

– И вы науськивали их?

– Да, молодых болванов. Кто-то должен был это сделать, чтобы ваше внимание было приковано к ним. Только двое из Брасланов были способны проявлять инициативу: король Эрнест и его мать. У матери возникла хорошая идея избавиться от Фредерика, и она не раз нанимала убийц, но удача была на стороне Фредерика. Потом она лишилась рассудка и памяти, а больше никто в семье не смог «поднять брошенную перчатку», они были слишком изнеженны. По правде говоря, не осталось никого, кто желал бы корону настолько, чтобы убивать за нее.

– Мне следовало догадаться. Вы один из тех аристократов, которые пострадали больше всех, когда Брасланы потеряли трон. Это вы настойчивее всех уговаривали короля Эрнеста заслужить одобрение Наполеона, предоставив ему целую армию, а не только лишь деньги, как он того требовал. Вполне возможно, это с самого начала было вашей идеей.

– Ты приписываешь мне слишком важную роль, – рассмеялся Эверард.

– Сомневаюсь. Вы поддерживали огонь, который без вас давно бы погас.

Казалось, Браун сейчас лопнет от распирающей его гордости. Насмешка прозвучала в его голосе, когда он признал:

– Возможно.

– Но почему мятежники? Чего вы рассчитывали добиться этим?

– Создать армию, достаточно большую, чтобы штурмовать дворец, повторив тем самым историю.

Услышав смех Кристофа, Эверард прибавил:"

"– Да, я знаю. Следовало бы воспользоваться этим планом до того, как Фредерик проявил себя достойным королем. Мы недооценили возможность, что народ его полюбит.