Когда правит страсть

Почему бы не подождать, чтобы сначала убедиться? И тут до нее окончательно дошло: ребенок? Господи боже, до этого дня ей ничего подобного в голову не приходило, и эта мысль была не такой уж пугающей, а скорее восхитительной! Ребенок. Их ребенок…

Ощущение чуда пронзило их, но оно было коротким. Алана отвернулась, прежде чем Кристоф смог увидеть, какую боль причинила ей мысль о том, что время их отношений подходит к концу. Пусть отец высоко ценит Кристофа, но не позволит ей выйти за него, даже если она будет носить его ребенка. Он был всего лишь славным воином, что не делало его достойным руки принцессы.

– Полагаю, именно поэтому он сердит на тебя? – спросила она ровным тоном.

– Он отец. И ведет себя, как подобает отцу.

Ей было необходимо выплеснуть боль, которая терзала ее все сильнее.

– Но как бы он узнал, если бы ты сам не сказал? Зачем ты это сделал?

– Совершенно не важно, как он узнал, – вот и все, что сказал Кристоф.

Алана вздохнула и пробормотала:

– Знаешь, я не хочу выходить за Карстена.

Он повернул голову, чтобы заглянуть ей в глаза. Она вдруг почувствовала в нем внезапную перемену. Что бы ни увидел он в ее взгляде, это заставило его улыбнуться, прежде чем сказать:

– Вот и хорошо, тогда, быть может, мне не придется его убивать.

Она издала вздох раздражения. Как будто это могло чем-то помочь, даже если он говорил серьезно.

– Ты сказала отцу, как относишься к этому браку? – снова заговорил Кристоф.

– Конечно, нет! Он так чертовски захвачен своей идеей. Как же я могла?

– Значит, его счастье важнее твоего собственного?

– Ты не понимаешь! Я только что обрела отца. Просто потрясающе, как быстро возникла между нами любовь, словно мы никогда не расставались. Я не хочу его расстраивать!

– Если ты хочешь спасти Карстену жизнь, то хорошенько подумай.

– Ох, прекрати! Ты же не станешь его убивать? – Она взглянула на него и увидела, что на самом деле эта мысль ему нравится. Она закатила глаза. – Я вообще не думаю, что это идея отца. То есть она ему явно нравится, но я думаю, что предложение исходило от Николы.

– Это меня не удивляет. Она более всех хочет покончить с враждой. Ходят даже слухи, что страх и есть причина ее многочисленных выкидышей.

Алана снова вздохнула:

– Жаль, что я не могу поговорить с Паппи. Должно быть, он передал Генри больше, чем я услышала.

– Может, сегодня ты с ним и встретишься.

Алана бросила на Кристофа настороженный взгляд.

– Скажи, а наша прогулка, случайно, не ловушка для Паппи?

Она надеялась, что он возразит, но он не стал.

– Это было предложение твоего отца. Но тебе нечего беспокоиться. Паппи никто не причинит вреда. Фредерик дал слово.