Когда отцветают розы

Стоило ей распахнуть дверь и выбраться наружу, как небо пересекла вспышка молнии и следом прокатился пушечный раскат грома. Оглушительный звук заставил ее отшатнуться, и несколько мгновений она сидела, вцепившись в край двери, напуганная и растерянная. Почему она затормозила за считанные секунды, прежде чем увидела эту машину? Ей как будто что-то подсказало, что нужно остановиться.

Дежа вю, внутреннее зрение, провидение, или она наделена встроенным рентгеном, как Супермен? «Неважно, — сказала она самой себе. — Времени на рассуждения не осталось. Там, возможно, человек без сознания захлебывается мутной жижей»."

"Диана побежала, шлепая подошвами. Вода оказалась глубже, чем можно было предполагать, и доходила почти до пояса, когда она приподнялась на цыпочки и попыталась дотянуться до ручки двери. Только нащупав ее, она поняла, что автомобиль необычный. Уже после этого она обратила внимание на другие детали — странный изгиб бампера и удлиненную форму кузова сзади. Боже! Автомобиль, должно быть… Как это называется? Старинный или антикварный? Ни ей самой, ни водителю ничего хорошего это не предвещало. Старые машины тяжелее, крепче собраны. Такую мощную дверь ей просто не открыть, особенно сейчас, когда даже не во что упереть ноги. Ее пальцы шарили по скользкому мокрому металлу. Как, черт возьми, эта штука открывается. Дернуть на себя, нажать или крутить? А что, если просто-напросто заперт замок?

Словно в ответ на ее безмолвные вопросы, дверь распахнулась с такой неожиданной силой, что ее отбросило в сторону. Она старалась удержаться на ногах, но ее промокшие насквозь туфли не смогли найти опоры. С громким всплеском она опрокинулась назад. Задыхаясь, ловя ртом воздух, она пыталась понять, что показалось из опрокинутой машины.

Это была собака. Огромная собака. Огромная зеленая собака.

Лапы расставлены, на морде выражение изумленного идиотизма. Она выскочила нелепыми прыжками и бухнулась в воду.

— Выбирайся отсюда, глупое животное! — крикнула Диана. — Давай, давай, шевелись!

Собака, конечно, только казалась зеленой в странном отсвете грозового неба. На самом деле она была белой. С трудом вскарабкавшись на багажник, она с любопытством уставилась на молодую женщину. Тем временем из открывшейся двери показалась голова, а затем и плечи.

Будь этот человек ранен или хотя бы насквозь мокр, она смогла бы сдержаться. Волосы его действительно растрепались, а очки слегка съехали набок, но его мятая рубашка была абсолютно сухой. Диану он сначала даже не заметил. Выбравшись на более мелкое место, он заорал:

— Черт бы тебя подрал, старая развалина! Мне оставались какие-то жалкие полмили!

Сверкнула молния, грянул раскат грома. Собака взвыла и попыталась снова влезть в автомобиль.