Когда он получает

Если так, то у него это чертовски хорошо получается. — Он ставит пустой стакан на журнальный столик, поднимается на ноги и подходит к окну. — Я все думаю о том, как он смотрел на тебя на гала-концерте. Как будто ты что-то, чем он хочет обладать.

В его тоне есть что-то такое, от чего меня пробирает дрожь. — Ему понравилось мое платье, вот и все.

Он упирается ладонями в оконную раму.

— Год назад ни один мужчина не осмелился бы так смотреть на тебя. Если бы они знали, что ты моя. Но теперь они больше не боятся меня.

Мой взгляд скользит по его телу. Он напряжен, и мышцы его спины напрягаются под тканью рубашки. Интересно, мы оба чувствуем себя в клетке, хотя и по-разному.

Он не привык, чтобы им командовали. К тому, что он не на вершине. Ему не нужно притворяться, что он расстроен тем, как много он потерял.

Какая-то сила поднимает меня на ноги. Я подхожу к нему. Я хочу утешить его, обнять, сказать, что все будет хорошо.

Но когда я тянусь к нему, моя рука замирает на полпути.

Я не хочу причинять ему боль, но я не могу оставаться с ним в этом мире. Я боюсь того, что случится со мной в этом случае. Моя мать снова и снова предавала себя ради мужчины, который жил в тени, а я в первом ряду наблюдала за ее душевными терзаниями и болью. И это не закончилось даже после смерти моего отца, потому что потом дядя Лайл начал стучаться в нашу дверь и затаскивать нас обратно во тьму.

Я не позволю истории повториться.

Для тех, кто любит преступников, нет счастья, и было бы наивно думать, что я могу стать исключением из этого правила.

Неро будет скучать по мне, когда я уйду, — по крайней мере, некоторое время, — но то, что его сделали капо, смягчит удар.

Ему не понадобится много времени, чтобы найти кого-то еще, кто будет рядом с ним. В конце концов, у него никогда не было проблем с этим.

Я опускаю руку обратно.

— Это временно, — мягко говорю я. — Ты не можешь позволить Максиму овладеть тобой.

Неро поворачивается ко мне лицом.

— Он хочет тебя, — рычит он, его глаза вспыхивают от гнева и разочарования. А затем он обхватывает кулаком узел, скрепляющий мой халат. Костяшки его пальцев нажимают чуть ниже моей груди, и он притягивает меня к себе.

Я издаю удивленный вздох.

— Ты что, не видишь? — говорит он.

— Он женат, — шепчу я.

— Думаешь, для него это важно?

Его глаза опускаются к моим губам, и я чувствую нежелательный прилив тепла в животе.

Меня сводит с ума то, что он до сих пор может вызывать у меня такие чувства. Как один его взгляд может вывести меня из себя. Как одно его прикосновение может воспламенить меня.

Я борюсь за то, чтобы мой голос был ровным. — Как я могла забыть, что мужчинам в твоей профессии не мешают такие вещи, как брачные обеты?

Он притягивает меня еще ближе, пока твердые точки моих сосков не соприкасаются с его грудью.