Когда он получает

Прежде чем я успеваю выхватить телефон, Блейк уже засовывает его обратно в сумочку. — Как твоя жена, я должна иметь право голоса в этом решении, Неро. Думаешь, мне нравится знать, какую работу Алессио заставляет тебя выполнять каждый день? Думаешь, мне нравится беспокоиться о том, как ты будешь выглядеть, возвращаясь домой каждый вечер?

Я подавляю злость на Виту за то, что она действует за моей спиной — мне придется поговорить с Джино о том, как она поступила, — и сосредотачиваюсь на том, что Блейк на самом деле говорит.

Похоже, она хочет сделать это ради меня.

— Будь осторожна, — грубо говорю я. — Я могу начать думать, что я тебе небезразличен.

— Я достаточно забочусь, чтобы не хотеть видеть, как тебе больно.

Глупая надежда снова мерцает. — Значит ли это, что я прощен?

Ее взгляд падает на свечу в центре стола.

— Не думаю, что когда-нибудь смогу полностью простить тебя. Но я также не хочу провести остаток своей жизни, злясь на тебя. Что сделано, то сделано, и мы не можем вернуться в прошлое и изменить его. Я готова двигаться дальше.

Я сглатываю. — Что значит «двигаться дальше»?

— Я бы хотела, чтобы мы остались друзьями.

Мое окружение тускнеет. — Друзьями?

Такое ощущение, что на моей шее затягивается петля. — А что, если я не хочу быть просто друзьями?

Ее глаза сужаются. — У тебя нет выбора. Точно так же, как у меня не было выбора, когда я выходила за тебя замуж.

— Ты хочешь, чтобы это было что-то вроде фиктивного брака?

— Мы начали встречаться понарошку. Тебе не кажется, что это подходит?

— Нет, не подходит, — прорычал я. — Я дал тебе клятву, и я серьезно отношусь к своим клятвам. Ты моя жена, Блейк.

Мой взгляд падает на ее кольцо.

Черт, я до сих пор не купил ей новое. Моя жена не должна ходить с дешевым кольцом из стерлингового серебра на такой идеальной руке.

Ее горло перехватывает.

— Я знаю это. Но я не собираюсь снова отдавать тебе свое сердце. Не после того, что между нами произошло. С романтической частью наших отношений покончено навсегда.

Мне приходится сделать глубокий вдох, чтобы сдержать бурю, нарастающую внутри меня. Неужели она думает, что я приму это? Я не верю, что это то, чего она действительно хочет.

— А как же секс? — спрашиваю я.

— Я полагаю, ты не планируешь заниматься им со мной.

— Тогда ты не будешь против, если я буду встречаться с другими женщинами? — спрашиваю я, пытаясь спровоцировать ее.

На ее щеках расцветают два сердитых красных пятна. — Конечно.

Это слово прозвучало сквозь стиснутые зубы. — Ты можешь трахаться по всему городу, и меня это не будет беспокоить.

— Верно. Я вижу, что тебя это не беспокоит.

Она краснеет еще больше, но вместо того, чтобы признать, что она скорее кастрирует меня, чем увидит с кем-то другим, она зарывается в землю. — Мне это очень подходит.