Когда он получает

Его глаза так потемнели от вожделения, что кажутся почти черными. Я чувствую, как его грудь вздымается и опадает от резких вдохов. — Дыши через это, детка. Ты так хорошо справляешься.

Одна только похвала заставляет меня опуститься еще на дюйм.

Его пресс напрягается. — О, черт.

Я кручу бедрами, вводя его чуть глубже. Если не считать его неровного дыхания, он остается неподвижным, как статуя, позволяя мне контролировать темп.

— Я не знаю, смогу ли я это сделать, — хнычу я, когда кажется, что вот-вот лопну по швам.

— Ты делала это раньше, и ты сможешь сделать это снова. Твое тело помнит меня, Солнышко. Ты просто должна отпустить меня. Ты можешь отпустить меня?

Я испускаю резкий вздох, а затем скольжу вниз, пока он не погружается в меня до самого основания.

Он гладит меня по щекам. — Ты в порядке?

Я киваю. Он прав. Мое тело помнит. Когда мы вот так, все идеально. Мы чертовски хорошо подходим друг другу.

Он хватает меня за бедра и переворачивает, оставаясь глубоко внутри меня.

— Если будет слишком сильно, останови меня, потому что я не буду сдерживаться.

Он целует меня в лоб.

А потом он вырывается и впивается в меня с такой силой, что я вижу звезды.

Он жаден. Неумолимый. Он вбивается в меня своими жесткими толчками, пока мои глаза не закатываются к затылку. Это ощущение лучше, чем когда-либо прежде. Секс с ним настолько отличается от того, что было у меня до него, что это похоже на совершенно другой акт.

Наши тела идеально сливаются друг с другом, как два кусочка головоломки, которые только и ждут, чтобы щелкнуть. Его член заполняет меня полностью, достигая тех частей меня, до которых когда-либо добирался только он. Он — молния для моего грома. Бензин для моего пламени.

— Я собираюсь… — Мое тело кажется бескостным, истощенным первым оргазмом, но непостижимым образом глубоко внутри меня нарастает другой.

— Ты будешь кончать для меня, как хорошая девочка, которой ты являешься, — рычит он мне в ухо. — Твоя киска выдоит меня досуха, детка. Покажи мне это.

В момент оргазма мои нейронные цепи сбиваются с ритма. Я кричу, когда он прорывается сквозь меня, неистовый и всепоглощающий.

Неро прижимается лицом к моей шее и стонет, изливаясь в меня, его толчки замедляются и становятся более вялыми, когда его сперма смешивается с моей собственной.

Некоторое время мы обнимаем друг друга, и я наслаждаюсь нашей близостью. Я так долго отказывала нам в этом, и я теряюсь в блаженной дымке момента.

Я позволяю себе верить, что вот оно — то самое время, когда все изменится к лучшему.

Надеюсь, я не ошибаюсь.

Когда я просыпаюсь на следующее утро, солнце уже высоко в небе, а Неро больше нет в моей постели.

Я сажусь у изголовья и морщусь от тупой боли между ног.