Когда он получает

— Какого черта ты сказал моей жене?

Максим поднимается со стула и обходит стол, словно понимая, что будет лучше, если между ним и мной сейчас что-то будет стоять.

Как, черт возьми, этот подонок смог довести Блейка до слез всего за пять минут во время моего бессмысленного телефонного разговора с Козимо Ферраро?

У этого придурка даже не было ничего важного, чтобы сказать мне, кроме требования моего присутствия на какой-то гребаной встрече, которую он организует для своих парней завтра вечером. Я сказал ему, куда он может засунуть свою встречу. Ему это не понравилось, но мне плевать. Если он расстроен, пусть поплачется своему папочке, который скажет ему, что у меня есть дела поважнее, чем поглаживать его эго.

И теперь я еще больше злюсь из-за этого бесполезного обмена, потому что, очевидно, мне не следовало оставлять Блейк наедине с Максимом.

Русский кладет руки на стол. — Я просто сделал Блейк предложение.

— Какое предложение?

— Справедливое. Одна ночь с ней в обмен на мою помощь в том, чтобы вытащить тебя из той передряги, в которую ты попал.

Мне требуется несколько мгновений, чтобы понять, что он имеет в виду. Когда я это делаю, мой взгляд сразу же устремляется на Блейк.

Не может быть. Она даже представить себе не может, что пойдет на это.

Я отбрасываю все эти вопросы до тех пор, пока не разберусь с Максимом. — У тебя есть желание умереть?

Максим ухмыляется, скрещивая руки на груди. — Ты хочешь отомстить Ферраро и Мессеро. Ты хочешь вернуть свою власть. Я могу помочь тебе в этом.

— Если ты скажешь мне, где они хранят свое оружие, я передам информацию Пахану, а он сделает все остальное. Тебе больше не придется ничего делать для Джино Ферраро, потому что он будет мертв. Разве не приятно будет узнать, что твоя информация привела к их краху?

Вот ублюдок. Он играет на моем эго. Он думает, что удовлетворение от того, что именно я виновен в гибели итальянцев, будет для меня дороже всего на свете, но он сильно ошибается.

— Ты говоришь так, будто делаешь мне одолжение. Но давай будем реалистами, ваш босс многое выиграет от моих сведений.

Максим пренебрежительно машет рукой. — Твоя информация, конечно, была бы ценной, но мы можем выиграть эту войну и без нее. Пахан не волнуется.

А теперь он блефует.

— Все, что мне нужно, — это одна ночь. Уверен, ты сможешь выделить Блейк столько времени.

Я краснею и крепко сжимаю кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

Я не могу убить его прямо сейчас. Не сейчас, когда Блейк здесь, а меня превосходят по численности охранники, которых он расставил по всему этому месту. Это подвергнет ее опасности, а я не хочу рисковать.

Я подхожу к нему, останавливаясь только тогда, когда мы оказываемся практически нос к носу.