Когда он получает

Я делаю ставку на то, что Раф еще не прикоснулся к пентхаусу. Он записан на мое имя и является моим бенефициаром в случае смерти.

И все же я сомневаюсь, что решение вопроса о том, что делать с моим пентхаусом, было в списке его приоритетов. Прошло всего шесть месяцев с тех пор, как я уехал.

Если я ошибаюсь, мне придется отвезти Блейк в отель, но пентхаус более надежен — он непроницаем для тех, чьи биометрические данные не были запрограммированы в системе безопасности.

Ферраро не смогут попасть внутрь, если только не решат взорвать мою входную дверь.

Единственная сложность в том, что консьерж внизу позвонит Рафу, как только мы войдем в лифт.

Но это не страшно. Я задержусь всего на минуту, чтобы высадить Блейк, прежде чем отправлюсь к нему.

Когда мы с Блейк входим в главный вход, мы застаем консьержа Алека в середине разговора с другим жильцом. — Да, мистер Бенуа. Я принесу вам посылку, как только она будет доставлена.

Пожилой мужчина кивает и шаркает к лифту, осторожно передвигаясь с помощью белой трости, а Алек обращает внимание на нас.

Его глаза чуть ли не выпучиваются. — Мистер Де Лука! Вы…

Он разминает руки, не зная, как закончить фразу.

— Эй, Алек. Я знаю. Я объясню позже.

Его глаза переходят на Блейк. Он на мгновение задумывается, прежде чем спросить. — С вами все в порядке, мисс?

Мне не нужно смотреть на нее, чтобы понять, что он видит. Ее лицо — сплошное пятно коричневых и фиолетовых пятен. Она не жаловалась на боль, но я знаю, что ей больно. Как она не может смотреть на меня, так и я едва могу смотреть на нее. Как только я поговорю с Рафом, я попрошу его прислать Дока. Она — ходячее, дышащее напоминание о том, как чертовски плохо я справился.

Но я не подведу ее снова. Я сделаю все, чтобы Раф согласился защитить ее от Железных Хищников и от Ферраро, если до этого дойдет.

Блейк поднимается на ноги. — Я в порядке, спасибо.

Я смотрю на нее сверху вниз. Я наполовину ожидал, что она скажет Алеку, что я держу ее в заложниках, но, возможно, она наконец поняла, что попытка сбежать ни к чему хорошему не приведет.

Моя рука крепко сжимает ее руку. — Алек, проводи нас наверх.

Он бледнеет, когда замечает движение. — Конечно, сэр.

Он выглядит неловко, но ему лучше знать, чем спорить со мной. Я догадываюсь, к каким выводам он пришел в своей голове. Мне не нравится, что он, вероятно, думает, что это я обидел Блейк, но я также не могу его винить.

В конце концов, это я виноват во всем этом гребаном бардаке.

— И да Алек? — Его взгляд перескакивает с Блейк обратно на мое лицо. — Давай пока оставим это между нами. Я просто завезу ее, а потом поеду прямо к дону Мессеро.

Я достаю из кармана пиджака пять чистых стодолларовых купюр.

Он с беспокойством берет их. — Я могу дать вам тридцать минут, сэр. После этого у меня будут проблемы.