Когда он был порочным

А в холостяцкой квартире в Олбани Майкл схватил бутылку с виски и налил себе полный стакан, хотя довольно было одного взгляда на часы, чтобы убедиться, что далеко еще даже до полудня.

Он опустился до новой низости, это было ясно.

Но он и представить себе не мог, как можно было поступить по-другому. Ведь не намеренно же он обидел ее! Не то чтобы он время от времени останавливался, призадумывался и принимал решение: «Ах да, мне следует вести себя именно так, по-свински», - но, даже не делая скидку на стремительность и необдуманность его реакций, было непонятно, как бы он смог вести себя по-другому - пускай и обдуманно.

Он знал себя. Он не всегда - особенно же в последнее время - нравился самому себе, но он знал себя. Когда Франческа повернулась к нему, посмотрела на него своими синими бездонными глазами и сказала: «Этот ребенок должен был быть в некотором роде и твоим», - она потрясла его до глубины души.

Она не знала.

Она представления не имела.

И пока она пребывает в неведении относительно его подлинных чувств к ней, пока она не может понять, отчего он так ненавидит себя за каждый шаг, который совершает в качестве преемника Джона, ему нельзя быть рядом с ней. Потому что она и дальше будет высказываться в том же духе.

А он не знал, сколько еще он в силах будет вынести.

И когда он стоял так в своем кабинете, сломленный невзгодами и чувством вины, он осознал две вещи.

Первая была очень проста. Виски нисколько не смягчало его душевную боль, а если виски двадцатипятилетней выдержки не помогает, то не поможет ничто другое на Британских островах. Что вело ко второй вещи, которая простой отнюдь не была. Но он должен был сделать это. Редко перед ним стоял столь ясный выбор. Болезненный, но ясный.

Так что он поставил стакан, в котором оставалось на два пальца янтарной жидкости, и пошел через прихожую в свою спальню.

– Риверс, - обратился он к своему камердинеру, который, стоя перед открытым гардеробом, аккуратно складывал его галстук. - Что ты думаешь насчет Индии?

Часть вторая

Март 1824 годаГлава 5

…тебе бы понравилось здесь. Не жара, разумеется, жара не нравится никому. Но все остальное показалось бы тебе очаровательным. Яркие цвета, и пряности, и ароматный воздух - от этого всего голова словно в тумане, таком странном, чувственном, и это тревожит, опьяняет. Больше всего, полагаю, тебе бы понравились сады. Они похожи на наши лондонские парки, только гораздо зеленее и пышнее, и в них полным-полно необыкновенных цветов, каких не увидишь больше нигде. Тебе ведь всегда нравилось быть среди природы: уверен, ты была бы в полном восторге.

Из письма Майкла Стерлинга (нового графа Килмартина) графине Килмартин месяц спустя после его прибытия в Индию.Франческа хотела ребенка.