Когда он был порочным

Она не могла, разумеется, уехать в буквальном смысле слова из Килмартина, ведь она только-только приехала сюда, и если в ее планы не входило бежать дальше на север, за Оркнейские острова и далее в Норвегию, то приходилось признать, что она застряла здесь.

Но из дома она уйти могла, что она и сделала при первых же проблесках рассвета, со стыдом вспоминая, как накануне вечером на заплетающихся ногах выходила из Розовой гостиной, всего каких-нибудь десять минут спустя после близости с Майклом, лепеча невнятные объяснения и извинения, а потом забаррикадировалась в своей спальне и просидела там весь вечер.

Ей не хотелось бы оказаться лицом к лицу с Майклом сейчас.

Вряд ли она смогла бы выдержать это.

А ведь она всегда так гордилась своим хладнокровием и уравновешенностью! Она превратилась в какую-то косноязычную идиотку, говорит сама с собой как сумасшедшая и до смерти боится повстречаться с человеком, встретиться с которым рано или поздно все равно придется.

Впрочем, если удастся избежать встречи с ним хотя бы сегодня, это будет уже кое-что. О завтрашнем дне она побеспокоится завтра. Сейчас ей хотелось только убежать от своих проблем.

Мужество - незаслуженно возвеличенная добродетель. Теперь она знала это точно.

Она еще не решила, куда ей отправиться; да куда угодно - подойдет любое место, где шансы наткнуться на Майкла будут не слишком велики.

И тут, когда она уже успела отшагать с добрый час, вдруг - потому, разумеется, что никакие вышние силы никогда уже больше не станут благоприятствовать такой, как она, в ее начинаниях, - начал накрапывать дождь, очень быстро превратившийся в самый настоящий ливень. Франческа, решив переждать дождь, спряталась под ветвями раскидистого дерева; минут двадцать она переминалась с ноги на ногу и наконец уселась прямо на влажную землю - уж Бог с ним, с платьем.

В таком положении и нашел ее Майкл почти два часа спустя.

Боже, и как это ей не пришло в голову, что он станет искать ее?! Вот так всегда с мужчинами - всякий раз, когда рассчитываешь, что они станут вести себя как бессердечные эгоисты, они возьмут и опрокинут все расчеты.

– Для меня под деревом местечко найдется? - крикнул он, стараясь перекрыть шум дождя.

– Для тебя и твоей лошади - нет! - ворчливо отозвалась Франческа.

– Что?

– Нет! - завопила она.

Он и не подумал слушать ее, разумеется, а втиснулся вместе с лошадью в ее укрытие и, спешившись, небрежно привязал поводья к ветке.

– Господи, Франческа, - начал он без всяких предисловий, - какого черта ты здесь делаешь?

– И тебе тоже доброе утро, - буркнула она.

– Ты хоть понимаешь, сколько я ищу тебя?

– Да ровно столько, сколько я сижу под этим деревом, надо полагать, - парировала она. Наверно, следовало бы радоваться его появлению.