Когда говорит оружие

Разумеется, рано или поздно она все равно об этом узнает, но он хотел сказать ей это сам, в подходящее время.

ПРИМАНКА ДЛЯ ЖЕРТВЫ

Когда спустились сумерки, он сел на чалого и направился вниз по Калфпену к источникам Фоссил. По дороге он обдумывал план действий. Арестовал его Коллинз или нет, но с ранчо его все же выкурили, и они вполне могли именно сейчас нанести удар. Теперь у них есть основания полагать, что он покинул эти места. Вполне вероятно, что Рид действительно думает, будто он приехал сюда с целью самому захватить землю Куртина.

Наконец он устроился на ночь в лощине над источниками Фоссил и крепко проспал до тех пор, пока из-за скал не выползло утреннее солнце, засияв ему прямо в глаза. Он поднялся, сделал себе легкий завтрак, состоявший из кофе и вяленого мяса, и сел в седло.

Куда бы он ни подался, рассчитывать, как раньше, на дружескую встречу ему не приходилось. Обвинение, брошенное Ридом в «Йеллоуджэкете», наверняка вызвало у людей сомнения или явные подозрения на его счет, и теперь вся округа будет знать, что его разыскивает судебный исполнитель Соединенных Штатов.

Обдумывая, как поступить, Мэт Сабри направился через горы на запад. К вечеру следующего дня он расположился на привал в зловещей тени холма Туррет; всего несколько лет назад майор Рэндалл в темноте поднялся на его вершину на удивление всему лагерю апачей. Проснувшись на рассвете, Мэт произвел тщательную разведку в окрестностях Йеллоуджэкета."

"В городе происходило какое-то движение — более оживленное, чем обычно бывает в столь ранний час. У коновязи он увидел длинную вереницу оседланных лошадей. Он ломал себе голову, что бы это могло значить, внимательно разглядывая ее в бинокль с гребня горы. Коллинз еще не мог вернуться, следовательно, в городе кто-то другой. Приглядевшись, Мэт понял, что это организованное движение.

Он все еще наблюдал, когда из задней двери здания по соседству с салуном вышел человек в выцветшей красной рубашке, подошел к лошади, тщательно спрятанной позади дома, и вскочил в седло. Издалека Мэт не мог угадать, кто это такой. Человек ехал верхом как-то странно. Внимательно разглядывая его в бинокль — реликвию тех лет, что Сабри провел на военной службе, — Мэт вдруг понял, почему всадник выглядит непривычно. Его выделяла восточная манера держаться в седле!

Это вовсе не уроженец Запада, который сидит в седле, лениво развалившись и ссутулившись, а не держится прямо, как кавалерист. Незнакомец склонялся на шею лошади — плохая привычка для многомильных прогулок верхом по пустыне и горам. И все же Мэта больше заинтересовало то, что он уехал тайком, чем его стиль верховой езды. Через несколько минут он определил, что выбранный всадником путь вскоре приведет его к подножию горы, с которой он наблюдал.