Когда даже ангелы посылают (СИ)

Жадно вглядывалась. Глаза. Глаза у него невероятные. Словно осеннее небо сквозь пелену готовых пролиться дождем туч. Немного холодные, чуточку грустные.

С трудом заставила себя отвести взгляд от глаз. Русый. Немножко лохматый. Уши... совсем капельку торчат, что ж ты врал? Высокий, и не производит впечатление тощего. От фигуры ощущение стремительности и гибкости. Как гепард, готовый в любую секунду сорваться с места

Они смотрели друг на друга и молчали. Это длилось.... Наверное, долго. И молчание первым нарушил он.

- Я... - Кир прокашлялся. - Я рад, что с тобой... все в порядке.

Магия глаз цвета осеннего неба отпускала медленно и неохотно. Но кое-что важное Катя поняла почти сразу. Выдохнула шумно.

- Папа? - и, скорее не вопросительно, а утвердительно уже. - Конечно папа, кто же еще!

- Да, - Кирилл говорил все там же, так запомнившимся, так гипнотически действовавшим на нее спокойным голосом. - Я разговаривал с Дмитрием Ивановичем.

- Мой отец очень любит вмешиваться во все! - Катя поняла, что сердится по тому, как громко, в отличие от Кира, звучал ее голос. Но как тут не сердиться?! - Он всегда и во все вмешивается! Даже в то, во что ему вмешиваться категорически нельзя!

- Кать... - она почувствовала, как ее локтя коснулась его рука. И остро вдруг захотелось, чтобы обнял. Как там. - Давай сядем и поговорим.

Они сели. Скамейка, аллея. Готовая мизансцена. Откуда вот только?

- Ты извини моего отца, пожалуйста, - Катя нервно сцепила руки на колене. Смотреть на Кира она не могла. Слишком велико искушение кинуться ему на шею. Совершенно непоследовательно. - Он искренне считает, что делает как лучше.

Кир молчал. Он боялся смотреть на Катю. Ее лицо, вся фигура, вся она - напрочь лишала его способности соображать. А ведь он собирался. Он же готовился... Он же даже слова сочинил...

- Кать... - вздохнул так, что закололо в боку. - Я так понимаю, нам все равно есть что обсудить.

Катя обхватила себя руками. Изображать гордость и неприступность смысла нет. И сил нет.

- Да, - ответила тихо. И более не нашла, что добавить. Разглядывала нитку из шва на кроссовке.

- Слушай... - еще один глубокий вздох. - Если так получилось, что... у нас будет ... ребенок... то я... - хреново он подготовился, слова не идут вообще! Хочется просто припасть губами к пшеничной макушке, обхватить девичий стан руками и ничего... ничего!.. ничего-ничего... вообще ничего не говорить! - В общем, я хочу, чтобы все было правильно.

- Правильно? - Катя вскинула на него свои невозможные глаза. Он тут же чуть не умер.

- Правильно, - кивнул через силу и отвел взгляд. - У ребенка должен быть отец. В документах. И вообще... - Кир не мог объяснить, что имеет в виду. Не понимал. Сам не понимал. Но надо говорить. - Я сделаю все, что полагается.

- А что полагается? - Катя отвела взгляд, уставилась на клен по соседству.