Кофейня мадам Мирабель (СИ)

Я напоследок вгляделась в скрытое сумерками мужественное лицо, встретилась с дерзким взглядом темных глаз, в каких горела неприкрытая тоска, и с тяжелым вдохом развернулась уйти.

Алекс мягко придержал меня за талию и, удерживая у своей твердой груди, будто не хотел расставаться, шепнул на самое ушко:

- Я вынужден покинуть Ривтаун на некоторое время.

- Уезжаете?

- Да.

- Далеко?

- К несчастью.

Нахмурилась:

- Когда?

- Рано утром. Но клянусь, буду стремиться обратно, как можно скорее.

- Берегите себя, мсье, - попрощалась чуть слышно.

- А вы себя, Мирабель.

Домой я вернулась глубоко за полночь под присмотром Клода и, сдаётся, еще десятка преданных Алексу людей и, одолеваемая шквалом сумбурных, доводящих до отчаяния чувств, тотчас заперлась у себя.

Сердце бешено колотилось. Я мерила полночную спальню шагами, не в состоянии унять безумный пожар, полыхающий в крови, и одновременно с грустью признавала, что поцелуй на мосту – это всё, что мы с Алексом в данных обстоятельствах можем себе позволить.

Не выдержав тягости на душе, побродив по комнатам, забралась в горячую ванну с ароматной пеной, зарылась лицом в ладони и глухо расплакалась. Никто не должен видеть хозяйку одного из самых престижных заведений столицы – слабой, испуганной и запутавшейся в собственных чувствах. Настоящей Бель я могу быть только наедине с собой, а еще когда рядом… мой таинственный покровитель, с каким этим вечером нас связало нечто большее, чем банальное желание мести Веймаеру.

… Утром, несмотря на безумные события вечера и практически бессонную ночь, я была бодра, самоуверенна и жаждала решительных действий. Следовало как можно скорее оформить тётино наследство в собственность. Разыскав в гардеробе светлое платье из тонкого шелка с кружевом ручной работы, рюшами и широким атласным поясом, придав своему виду легкомысленности кокетливой шляпкой с букетиком цветов, обула туфельки из мягкой замши и спустилась вниз за двадцать минут до открытия заведения. Лизбет и Лорна уже крутились в главном зале, готовя столики к приему посетителей, а из кухни плыли чудесные ароматы шоколада, ореха и перетертых кофейных зерен.

- Доброе утро, мадам.

- Мы не видели, когда вы вчера вернулись домой, - признались сестры, узрев мена на ступенях старинной лестницы.

- Я приехала очень поздно, - заговорщически улыбнулась и, поглядев на часы, сообщила: - И, увы, снова вас покидаю. Принимайте клиентов, как договаривались. Прайс с ценами лежит на стойке.

- Безусловно, мадам.

- Мы справимся.

- Отлично, я в вас не сомневаюсь, - зарядив сестер оптимизмом, отправилась на кухню, где первым делом велела Брэму приготовить мне сырные тосты и заварить чай с ромашкой.

- Опять уезжаете? – Бросившийся исполнять мой наказ мужчина покосился через плечо.