Кофе с молоком

Даша стояла надо мной, будто надзиратель, а я виновато продолжал сидеть на скамейке, пряча от нее глаза, уткнувшись лицом в свои ладони.

— Машина подъехала. Ты встать сможешь? — Она протянула мне руку, на что я отреагировал отказом, но после подчинился ей, понимая, что мне и вправду сейчас нужна ее помощь.

Даша схватила меня под руку, закинув мою руку к себе на плечо, и повела меня в сторону машины.

Теперь мне еще и стыдно.

Надо же было так вляпаться.

Корил за себя за происходящее.

Открыв машину, я завалился на заднее сиденье, прям, плюхнулся с такой силой, что почувствовал, как машина немного пошатнулась от моих действий. Понимал, что еще чуть-чуть, и я уже готов был прям тут вырубиться.

Дверь за мной захлопнулась, и теперь мне будто даже дышать стало легче, когда ее не оказалась рядом. Хотя до сих пор чувствовал на себе ее осуждающий взгляд. Мне хватало и того, что я сам к себе сейчас был настроен враждебно, а тут еще она…

Господи, только не она.

Сюрреализм чистой воды.

— О, нет, девушка, — с этими словами водитель вдруг выскочил из машины.

Что происходит?

Я пытался приподняться, чтобы выглянуть в окно, и посмотреть, куда направился водитель, но все тщетно, тело никак не слушалось меня."

"Немного погодя, он вернулся и походу, был не один. Дверь с пассажирской стороны тоже открылась и в машину села…

Даша?

— Девушка, Вы меня уж, конечно, извините, но поймите меня правильно, я не могу его одного в таком состоянии везти. Мне же потом за него отвечать. Он сейчас уснет здесь, и что мне прикажите с ним делать?

— Все хорошо, я же сказала. Понимаю Вас. Я об этом просто не подумала, — спокойным голосом отвечала Даша, пристегивая ремень безопасности.

Наконец машина завелась, и мы тронулись с места.

Прекрасно! Мне еще и няньку приставили.

Пока мы ехали, я продолжал лежать и наблюдал со своего места за ней, хоть мне и давалось это с трудом, потому что веки предательски слипались, соблазняя меня сном. Но я противился. Мне хотелось смотреть на нее.

Какой идеальный у нее профиль с правильными чертами лица.

Она смотрела то вперед, но поворачивалась к окну. Кажется, ее лицо ничего не выражало. Если только равнодушие вселенского масштаба. Я и раньше замечал, временами ловил в ее глазах какую-то неизведанную пустоту.

О чем она думает, что чувствует, и чувствует ли вообще что-либо?

Уличные фонари заигрывали с ее лицом, погружая его в разные цвета. Все это гипнотически действовало на меня, что я в какой-то момент все же погрузился в сон…

22

Влад

Из сна меня выдернули чьи-то поцелуи.

— Любимый, просыпайся, — все тот же знакомый голос шептал мне нежно на ухо, слегка щекоча его, от чего мурашки разбегались по всему телу.

Я с трудом разомкнул веки и увидел перед собой ее, сияющую как утреннее солнышко.