Кодекс Вещих Сестер

У ног Устиньи к стойке была прислонена увесистая сучковатая палка, на которую она в последнее время опиралась при ходьбе. Тарас и Галина то и дело нервно косились на сумасшедшую, опасаясь, что она что-нибудь вытворит, но та вела себя смирно – молча ужинала и смотрела телевизор, закрепленный на стене напротив.

Рядом с ней сидел шериф Владимир Мезенцев, а затем – его молодой помощник Виктор. Оба тихо переговаривались, между делом прислушиваясь к болтовне завсегдатаев «Одноглазого валета». Особенно их интересовали разговоры о недавнем несчастном случае с ученицей академии «Пандемониум». Жители Клыково уже который день высказывали самые разные версии случившегося, подчас совершенно фантастические.

– Весь асфальт у музея треснул и разошелся в разные стороны, – говорил немолодой мужчина в потертом пиджаке. – Не иначе землетрясение там случилось.

– Как, опять? Вроде бы такая редкость для наших краев, – недоуменно пробормотал Михаил Шорохов. Огромный черный пес Николас лежал возле его ног, не сводя с хозяина умильного взгляда, и Шорохов время от времени давал ему лакомые кусочки со своей тарелки. Посетители, особенно из местных, поглядывали на них с улыбкой – эти двое всегда и везде ходили вместе.

– Размыло дорогу! – вставил кто-то. – Вот несчастная девчонка и провалилась в котлован.

– Дорожные службы там все обследовали, – возразил ему редактор газеты Щеглов. – Все случилось в считаные секунды, почву под асфальтом не могло так быстро размыть. Здесь что-то другое.

– Рядом с музеем давно нечисто, – прошамкала какая-то древняя старуха. – Там постоянно всякая чертовщина творится, едва строить начали. Вот теперь еще и это…"

"– Чертовщина в нашем городе становится нормой. – Мезенцев взглянул на притихшего напарника. – Иногда я не узнаю Клыково. Я сюда из мегаполиса перебрался ради спокойной, размеренной жизни, а не для того, чтобы регулярно расследовать убийства школьников.

– Обычно здесь и правда тихо. – Виктор взял в обе руки горячую кружку и сделал большой глоток кофе. – Это в последнее время все пошло наперекосяк. Но скоро все успокоится, я уверен.

– Мне бы твою уверенность, – хмыкнул следователь.

– Добавки, шериф? – подбежала Галина. – Наш повар сегодня превзошел самого себя.

– Спасибо, я сыт, – улыбнулся ей Мезенцев. – И кажется, начинаю привыкать к тому, что все зовут меня шерифом.

– Это еще ничего, – успокоил его Виктор. – Вот вашего предшественника все звали Михалычем. Согласитесь, для главного полицейского города это не самое лучшее прозвище.

– Но почему «шериф»? – с недоумением проговорил Мезенцев.

– Потому что прежний начальник участка, Борис Макарский, был старым, толстым и ленивым увальнем, – со смехом пояснила Галина.