Кодекс Охотника XXXI

— Да, да, да, — грустно покачал головой я. — Ты знаешь, что самое странное? По ходу, Первый Легион Земли теперь персонально мой. Я так долго бегал от ответственности, что теперь не знаю, радоваться мне или огорчаться.

Тут уж Ратник окончательно пришёл в себя и весело расхохотался.

— Решать только тебе, Сандр, но ты же знаешь, что ни я, ни мои ребята тебя не подведут.

— Это-то я знаю, — сказал я. — Осталось понять, что мне делать с этим не очень юным Душеловом.

Волк, предварительно почувствовав важность момента, и стоявший стороне до поры до времени, видя, что мы говорим о нём, несмело улыбнулся и подошёл к нам.

— Все твари уничтожены, командир, — сказал он.

— Ну и что теперь с тобой делать, мой лысый душелов? — покачал головой я.

— А что со мной делать? — немного оторопел Волк.

— Ну, по факту я могу назвать тебе слова клятвы. И ты даже сможешь повторить. Вот только воспримет ли её Кодекс? И даже если он воспримет, это всё как-то… — я скривился и покачал раскрытой ладонью, — … как-то не так. Есть тысячелетние традиции. Клятва Кодексу должна даваться в Первой крепости, и никак не иначе. Так что, извини, не брат ты мне, мой лысый друг.

Хлопнул его по плечу и увидел, как скривилось от обиды лицо Волчары. Пришлось поправиться.

— Ну, в смысле, ты мне, конечно, друг, товарищ и брат, но не брат по Кодексу, потому что в Охотники тебя должен принимать не я. И у меня нет этих… как их… полномочий, вот!

— Это что значит? — Волк нахмурился ещё больше. — Что мои тренировки отменяются?

— Ну, нет, Волчара, — рассмеялся я. — Это означает, что твои тренировки будут в десять раз тяжелее стандартных тренировок, как для обычных учеников Ордена. Меньше всего я хочу, чтобы ты провалил экзамен, и надо мной потешались мои долбаные приятели. А учитывая, что все мы практически бессмертны, ты ж понимаешь, что издеваться надо мной будут не просто очень долго, а бесконечно долго. Поэтому в моих планах сделать так, чтобы ты был готов минимум на сто десять процентов, хоть это и противоречит математике.

— Я не против, — повеселел Волк. — А с мастером Уокером ещё тренировки будут?

— Не, ну ты всё-таки мазохист! — рассмеялся я, глядя на лысого. — Не от меня это зависит, но я попробую уточнить расписание у этого тирана. Думаю, он пойдёт мне навстречу, и мы что-нибудь придумаем.

— Класс! — радостно улыбнулся Волк.

Но пока я повернулся к Одину, который стоял тут же рядом.

— Как себя ведёт твой новый ученик?

— Достойно, — как всегда коротко кивнул крысюк, — но всё ещё недостаточно старается.

— Вот! — ткнул я пальцем в Одина. — Видишь, твой учитель недоволен. А ну-ка, быстро на тренировку.

— Сандр, но я только что выложился в битве, — удивленно взглянул на меня Волк.

— Да кого это волнует? — сказал я. — Учитель недоволен, значит, надо тренироваться.