Кодекс Охотника #15

— Да что ж такое? — повернулся ко мне Андрей, но Тьма уже ушла из его взгляда.

— Хорошего понемножку, — сказал я. — С этим нужно обращаться осторожно. Держи, — вложил ему в руку жёлтую желейку. — Рассоси, а дальше мы сами."

"Рыцарь, оставшись без щита, перехватил меч двумя руками и начал наседать на Ратника, оттесняя его. Пришло время мне вступить в бой. Волгомир дрался на равных, но ведь Сущность — это Сущность, и она не испытывала усталости, а вот Ратник через некоторое время бы выдохся. Когда у него будут все души, которые я собирался ему ставить, и все Печати восстановлены,тогда он станет настоящей машиной для убийств. А пока же ему точно понадобится помощь.

— Скорпион-два, — выкрикнул я знакомую для его ушей формацию, и он тут же отступил на два шага, пропуская меня вперёд.

Теперь я уже сражался с рыцарем, изображая клешни скорпиона. А Волгомир, на первый взгляд, хаотично, но на самом деле очень продуманно, выскакивал у меня из-за спины слева или справа, и «жалил», как хвост скорпиона, точнее, наносил выверенные удары.

Крови на рыцаре было всё больше и больше. Его движения замедлились. Он с рёвом пытался встретить мой второй номер, но я ему не давал такой возможности, перехватывая его меч своим.

— ЕРЕСЬ… ДОЛЖНА БЫТЬ ВЫЖЖЕНА… СВЯТЫМ… ОГНЕМ, — прогудел рыцарь с заметным трудом, когда последним выпадом Волгомир подрезал ему сухожилия на ноге, заставив рухнуть на одно колено.

— Меч! — протянул я руку.

Без разговоров, Волгомир бросил мне свой фламберг, который я поймал. Его оружие не годилось для наших целей. Аквила также оказывается в ножнах, и я кидаю ему нож — первое Живое Оружие, которое я сделал с помощью Кренделя. Косое и кривое, хотя кузнецы старались, как могли. А ещё одноразовое.

Это был кинжал с четырехгранным лезвием, сделанный для того, чтобы пробивать доспехи. Слабая душа, которая находилась в нём, нужна была всего для одного действия. Этот нож был приготовлен именно для такого момента. Через неё я мог создать и контролировать канал с жертвой, которой выступал сейчас рыцарь, и убийцей, которым был Волгомир.

— Сейчас! — рявкнул я, вкладывая максимум силы и ударяя коленопреклонённого рыцаря в грудь ногой. Он тяжело завалился на спину, и тут же, в высоком прыжке, на него запрыгнул Волгомир, вбивая четырёхгранный клинок в глазницу.

А вот сейчас тонкий момент. Желтая желейка уже у меня во рту. Да, это немножко больше, чем нужно было. В глазах у меня взорвались тысячи звёздочек, но лучше перебздеть. Утробный вой раздался по Разлому, а душа, посредством кинжала, ограниченная мной в узкий коридор, словно через воронку, аккуратно влилась в колодец душ Волгомира.