Кодекс Охотника #12

Все развили бурную деятельность, и лишь я стоял и улыбался. А чего бы мне не улыбаться? Те, кто это сделал, были Одаренными. А еще они были обвешаны артефактами до такой степени, что даже их следы сейчас фонят магией. Ребята-охранники их, в принципе, не могли заметить, а охранная система в Игнатовке сильно уступала системам Галактионовки. Кажется, пришла пора это исправить, ведь годные системы стояли только на зданиях моей будущей Академии. Склад я решил оставить на потом. Оставил, блин… Кстати, вот еще один нюанс, от чего зависит цена артефактов. По настоящему дорогие вещи не фонят.

— Всю местность проверили! Никаких следов, — подошел ко мне угрюмый и мрачный Волк. — Работали профессионалы.

— Ошибаешься… Следы были, — только и сказал ему, а затем снова погрузился в себя.

Улыбка не сходила с моего лица. Эту акцию я оценил. Красиво… И даже сильно бить не буду, когда поймаю тех, кто это сделал. А я их непременно поймаю.

Мною было призвано больше семи сотен разных птичек. которые поднялись еще двадцать минут назад в небо, и отправились на поиски в лес. С ними был Шнырька, у которого канал моей энергии был открыт на все сто процентов. Птички докладывали на своем птичьем языке Шнырьке, когда находили что-то подозрительное, и он отправлялся туда на разведку. Чтобы найти тех, кто это сделал, понадобился целый час. Всего их было трое, и они сейчас сплавлялись на обычной лодке по реке.

— Нашел… — наконец-то выдал я из себя.

Волк оскалился.

— «Буревестник»?

— «Буревестник»! — подтвердил я.

Безымянный приток р. Селенга

Иркутская обл.

— Ты видел? Не, ну ты видел, Шаман, как бабахнуло! — хоть и прошло довольно много времени после их акции, но Бубен все никак не мог угомониться.

— Видел-видел, хватит уже работать языком, лучше греби… — шыкнул на него командир специального отряда «Триумфа» Шаман. — Или бери пример с Виктора, он молча гребет.

— Так, а что он может сказать? — недоуменно почесал репу Бубен. — Ему язык вырвали еще в прошлом году.

— Вот и тебе вырвут, если не будешь держать его за зубами.

Шаман не шутил, когда это говорил. Бубен — самый молодой член их отряда, которого им прикомандировали после потери последнего напарника на одном из заданий, где им пришлось надавить на аристократа. Бубен не видел, как начальник привел приговор в действие, когда узнал, что один из его подчиненных любит выпить, а потом поговорить о делах их корпорации громче, чем этого позволялось. По существу, их группы не существовало, и к «Триумфу» они никаким боком не относились, оттого и приходилось держать информацию в полном секрете."

"— Не понимаю, почему нам раньше не разрешали применять «Ярость Помпеи», — качал головой Бубен, который не мог угомониться. — Это же насколько мы смогли бы быстрее вытрясти долг из того купчишки.