Кодекс Охотника #08

— У меня всё записано. Вы первыми начали конфликт. Волк, я ведь прав? У нас всё записано?

— Конечно, — кивнул Потапов, неприязненно глядя на пленника. — Камеры в «Буревестнике» работают нон-стоп.

— Вот видишь, — повернулся я к пленнику. — Ну, раз ты такой разговорчивый, в отсутствии вашего, замечу, абсолютно позорно погибшего командира, задам вопрос тебе. Что вы тут делали, и зачем на нас напали?

— Да ты понимаешь, с кем ты... — начал Ист.

Я опять вздохнул, и дернул рукой в его направлении, после чего он закричал.

— Не трогай меня!!!

— Я и не собирался, — хмыкнул я. — Чего орёшь?

— Мы не обязаны докладывать тебе о наших перемещениях!

Я взглянул на Волка.

— А ведь он прав — не обязаны.

Волк хмыкнул, и передернул затвор. Сделал шаг вперед, и приставил ствол к голове пленника.

— А мы не обязаны сохранять тебе жизнь, — ласково произнёс он.

— Эй-эй! Что за беспредел?! — снова заорал Ист.

— Вот и я о том же спрашиваю. Что за беспредел вы тут устроили?

В общем, пререкался он недолго. Пришлось пару раз применить силу. В конце концов, к нашей веселой беседе подключились его товарищи.

Картина была такая — Разлом этот появился не при расширении Эпицентра. Он был открыт достаточно давно, но по какой-то причине в базу данных Центра не попал. История умалчивала, как о нем узнала эта шарашкина контора — данными сведениями владел их уже мертвый командир. Но наведывались они сюда регулярно, и всегда возвращались с профитом. Дело в том, что они специально охотились на белок, количество которых внутри в разные разы было различным — от двух до максимум восьми, на их памяти.

Что эти белки там делали — выяснили быстро. Они зачем-то приходили в этот мир трахаться. Но вот почему именно сюда — этот вопрос был всё ещё открыт. А с другой стороны, он не так сильно интересовал добытчиков, ведь платили за этих зверюшек хорошо. Умом они превосходили любое животное из нашей реальности, и их с удовольствием покупали аристократы со всего мира."

"Ну, а нападение на нас было продиктовано, кроме банальной жадности, еще и опасением, что такой «сладкий» Разлом станет достоянием общественности, и их монополия на милых пушистых зверьков на этом закончится. Чего в этом было больше — жадности или опасения, опять же мог сказать только их мёртвый предводитель.

— Ну, тупы-ы-ые... — протянул Волк, покачав головой.

— Согласен, — сказал я.

— Ещё с них что-то нужно?

— Да вроде всё узнал, — пожал плечами я, посмотрел внимательно на них и переспросил: — Ведь всё?

— Да-да, всё! — всячески уверили меня они.

— В расход? — невозмутимо предложил Волк. С таким видом примерно он спрашивал меня — буду я бургер или хот-дог на заправке.

Я покачал головой.

— Ну ты и кровожадный! Они какие-никакие, но Исты.