Кодекс Охотника #04

* * *Особняк среднего брата Голдсмитов был на удивление скромен. Ну, так я решил по фасаду. Учитывая район города, недвижимость здесь стоила недешево.

— Многоэтажный многоквартирный дом? Как-то не по-графски снимать квартиру.

— Почему это квартиру? — нахмурилась Анна, когда мы уже выходили из машины. — Этот дом весь его. И еще восемь штук на этой стороне улицы, и десять штук на той, — усмехнулась Анна.

— Упс!

Лицо у Анны просветлело, когда она поняла, о чём я.

— Это фасад у него выглядит, как многоквартирка. Внутри там всё перестроено!

— Понятно.

На крыльце нас встретил слуга, который хорошо знал Анну, поприветствовав её и меня. Причём, меня он назвал по фамилии. Походу, все данные о гостях уже внесли в списки.

Внутри нас встретил хозяин. Я передал большой букет роз, который мы купили, идя сюда, и поздравив именинницу с днём рождения. Анна передала какую-то упакованную коробку, непонятно с чем внутри. Подарок она выбирала без меня.

— Александр Галактионов, — оценивающе посмотрел на меня Авраам Голдсмит.

В отличие от своего брата, он был выше и крепче. Это было неудивительно, учитывая, что матери у них разные. Он являлся третьим по старшинству из пятерых мужчин старших Голдсмитов, и состоял в совете Рода, которым председательствовал отец Анны.

Мы перекинулись парой вежливых фраз и гаф откланялся к вновь прибывшим гостям."

"Вообще-то на приеме было достаточно мило. Мне даже почти не задавали дурных вопросов. Зная Голдсмитов, большинство из них дружило с головой. Учитывая их Дар, они ещё и умели работать с информацией. И даже до того, как Анна сказала, с кем она будет, а в тот момент, когда она пошла работать ко мне, я думаю, что они узнали всё о мне и о моей родословной. Возможно, даже больше, чем известно самому мне.

В конце концов, я устроился рядом с баром, потихонечку попивая на удивление вкусное вино. Как мне сказал услужливо бармен — напрямую с виноградников Франции, которые также принадлежали Голдсмитам. Насколько мне сказала Анна — из пяти братьев двое жили в Иркутске, один в столице, и еще двое за границей.

Хотя нет, я погорячился, сказав о том, что все отнеслись ко мне благосклонно. Один молодой офицер, в военном мундире, причем мундир, если мне не изменяет память (а память мне никогда не изменяет), был английским, шумно выпивал с друзьями неподалеку за столиком, постоянно бросая на меня кривые взгляды. И чем больше поднимался его градус в крови, тем больше эти взгляды мне не нравились.

— Похоже, нормально посидеть у меня не получится, — пробормотал я себе под нос, когда он встал. — Ну, зато разомнусь немного.

И тут молодой офицер меня удивил. Он подошёл не ко мне, а пошёл прямо к хозяину, и что-то начал негромко ему говорить.

Народ, стоящий рядом с ними, всполошился.