Кодекс Охотника #04

Хотя пару выдохов дракончика навели бы тут порядок!

Моя жадность заставила шевелить меня мозгами, быстрее соображая, как выйти из этой ситуации.

И я нашел выход! Довольно интересный, от которого мне сразу захотелось рассмеяться. Почему все гениальное — так просто?

Разрубив очередную мышь, которая пыталась меня цапнуть, я призвал трех кислотных слизней, и поставил их перед собой. Не прошло и пяти минут, как вся моя призванная армия была уничтожена, и мыши ринулись на меня, как на ближайшую цель. Но перед ними оказались слизни, и мыши решили их тоже сожрать.

Дальше я просто наблюдал, как мыши прыгали на слизней, попадали в их тело, и растворялись. А слизни лишь радостно булькали. Приток душонок мышей шел ко мне просто гигантскими волнами. Хоть каждая из них слаба, но их количество внушало. Отличная вышла охота!

Пора домой! А то Исты уже на подходе, объясняться придётся. Пускай уже в Разлом идут и сами этот рассадник закрывают!

* * *Анна была непривычно тихой и загадочной. Она настаивала на том, что мне нужно поехать с ней, и встретиться с одним, как она выразилась, «полезным» человеком. Не доверять девушке оснований у меня не было. А лишние вопросы — что они дадут?

Мы подъехали к большому парку в центре Иркутска.

— И куда дальше? — спросил я у Анны.

— Пошли, прогуляемся по парку.

— Мне с вами? — спросил Волк.

Анна улыбнулась.

— Да нет, тут безопасно.

Волк всё равно посмотрел на меня. Я, также улыбнувшись, сказал:

— Анна же сказала, что безопасно. Так что, лучше здесь посторожи. Нам ещё один бомбист совсем не нужен.

Мы ещё не успели затормозить, как Шнырька уже был отправлен на разведку, показывая мне нескольких людей, которые расхаживали по парку в разных местах, а куртки их подозрительно оттопыривались. Похоже, там были даже не пистолеты. Ну, Анне можно верить. Если что, я нас прикрою.

Когда мы направились вместе с девушкой в сторону искусственного пруда, что был на территории парка, я увидел, как мужчины оживились. Один без палева дотронулся до уха, включая коммуникатор. С места никто не сдвинулся. Ждали они нас, но никакой угрозы я не чувствовал.

На скамеечке, возле пруда, сидел мужчина неопределённого возраста. Как это бывало у Одарённых, ему могло быть и тридцать, и шестьдесят лет. Он улыбался своим мыслям, и отщипывая кусочки от буханки белого хлеба, кидал их в пруд, где угощение благосклонно принимали несколько лебедей, и куча уток.

Анна уверенно направилась к нему. Увидев нас, мужчина улыбнулся, но продолжал своё занятие.

— Здравствуй, Семён, — кивнула Анна, когда мы подошли поближе.

— Здравствуй, Анна, — улыбнулся мужчина, и разорвав оставшийся хлеб на два больших куска, бросил их в воду, за которыми птицы сразу устроили нешуточную свару.