Кодекс Охотника #04

— Испанский стыд, скажи?! — хмыкнул я, отправляя броненосцев в их персональный броненосный рай.

Воскресил Отморозка, пнул его, и уставился на злобную улыбку готового рвать и метать родового животного. Замкнутый круг. Без энергии медоед будет дохнуть, а отдав энергию ему, буду дохнуть я. Но если эта мохнатая сволочь помирает «понарошку», то моя смерть будет реальной. Выход самый простой — нон-стоп поглощать желейки. Что я и сделал.

Получив вдоволь энергии, медоед преобразился. Он снова мог исчезать, неповоротливые твари просто не могли его достать. А еще я стал свидетелем, как усилились его челюсти, и он начал натурально отгрызать куски панциря, а затем просто запрыгнул в дыру и, яростно работая челюстями, прогрыз тоннель внутри тела врага. Броненосец яростно вопил, пока зверек не добрался до его сердца. Когда из «кровавой норы» показалось окровавленное, но очень довольное лицо тварюшки, я невольно зааплодировал.

— А ты реальный Отморозок!

«Согласна»! — раздался в голове голос Карамельки.

— Наш-ш-ш-ш пе-ш-ш-шдюк! — на плече у меня возник довольный Шнырька."

"— Точно! — потрепал я зверье, и задумался. Похоже, жёлтую желейку нужно потратить на Энергетическую печать, что увеличит мое энергетическое хранилище, и ускорит восстановление энергии. Опять же, можно будет желейками закинуться заранее, и не поймать «передоз».

— Пошли на выход, закончили! — хлопнул я в ладоши. — И тебя это тоже касается! Нет, мы больше не будем сегодня драться. И энергии я тебе больше не дам. И вообще, помыться бы тебе не мешало! Эй! Я что сказал!

Медоед хотел драться дальше. Его медоедская душа требовала крови! Враги должны страдать, и это для него было главным.

— На завтрак блинчики! С медом и вареньем! И сметаной! — вспомнил я кое-что.

Опа-ча! Сразу войнушка подождет, Отморозок развернулся на 180 градусов, и побежал впереди всех на выход.

— Прожорливая скотина! Оголодал тут на гоблинах! — хмыкнул я. — Блины будете?

Кара фыркнула, а Шнырька повернул ко мне свою любопытную мордочку.

— Мороженко?

— Будет тебе мороженко, но позже. Морозилки я уже заказал.

Шнырька вздохнул, и облизнулся.

— Ш-ш-ш-шметана?

— Ну да, бедняжка! — засмеялся я. — Придется пока довольствоваться сметаной.

* * *Вечером я взял машину и отправился в город. Без Волка и без Анны. Почему? Потому что после сметаны с крафтовым пивом, что притащил Петрович из поселка, у меня резко обострился опасное заболевание под названием «голод». Пренебрегать симптомами не стоило, ведь разум мог в любой момент мигрировать в другую голову, а Охотнику этого допускать ни в коем случае нельзя.

Волк побухтел, но я был непреклонен.