Кодекс Охотника #01

Хотят свободы и готовы уйти дальше.

Вот не думал, что придется применить его так рано. Но это мое желание.

Закрыл глаза и стал концентрироваться. Давно я этим не занимался, сколько сразу приятных воспоминаний нахлынуло. В прошлом мире я делал это слишком редко. На то, что я сделаю сейчас, мне требовалось очень много энергии. А толку было меньше, чем от меня, полного сил. Но вот этот мир... В десять лет я разобрался, что мой Дар из этого мира и Дар из прошлого мира можно комбинировать вместе.

Придумал!

Создаю иллюзию Антрацитовой Змейки на полу. Такая маленькая хрень, сантиметров шесть в длину, и тонкая, как провод.

Вспоминаю, скольких людей может убить такая малютка, и улыбаюсь. А затем захожу в свою душу и вырываю оттуда душу Антрацитовой Змеи, и вселяю маленький появившийся шарик на моей руке в иллюзию.

Чувствую, как идет отток моей энергии, и иллюзия перестает быть таковой. Теперь это настоящая змея.

— Виконт Мясов младший, вот твоя цель, — смотря ей в глаза, отдаю приказ. — Один укус, и ты будешь свободна. Проникни в его чемодан и убей, когда он будет далеко отсюда, желательно в своем номере или поместье.

— Ш-ш-ш-ш-ш... — прошипела она и уползла.

Каждый убитый мной монстр остается в моей душе. Раньше их там было очень много, сейчас меньше. Как я понял, перерождение забрало большинство из них. Но даже после этого у меня остался маленький запас, который я планирую пополнить.

Я могу сделать иллюзию и вселить в нее душу существа. Но и тут не все просто. Я не могу создать Минотавра и вселить в него душу жабы-пересмешника. Только Минотавра, и никак иначе.

Один приказ и существо растворяется навсегда. Отправляется на перерождение, или куда там ему надо.

Конечно, приказы разные есть, и я могу выбирать время. Это может быть даже год или десять лет. Вот только призванный питается моей энергией, и если ее не хватит на год, то он уйдет раньше.

Призвал Шнырьку.

— Я хочу видеть, как он будет умирать. Проследи и покажешь мне это.

* * *

Чуть позже...

«Сибирский Экспресс», 12-й вагон..."

"Жора Мясов страдал. Страдал от запора, сидя на белоснежном унитазе в туалете для пассажиров 1-го класса.

Но запор был не главной его проблемой. Куда-то подевались его два телохранителя, которых он отправил убить этого борзого выскочку-барона.

А еще, он сломал свою любимую игрушку. Тая была так хороша, и у неё был высокий болевой порог, что немаловажно при его... гхм... играх с этой служанкой. Да, ей часто доставалось, но девушка давно смирилась со своей участью и не смела перечить господину, терпеливо выступая «грушей для битья» в случае его плохого настроения. А сейчас он переборщил...