Кодекс Крови. Книга VII (СИ)

Арва упала под ноги ненавистному старику, что с победным оскалом склонился над ней с кинжалом.

— Ты не уснёшь! Нет! Это слишком легкая смерть! Ты будешь всё чувствовать, но не сможешь противиться! А затем я разделаюсь с твоей хозяйкой прямо у тебя на глазах!

* * *Андрей Петрович следовал за стариком Галапагоссовым-Черепахиным. Правда, пришлось чуть ли не впервые использовать артефакт иллюзии, чтобы изменить собственную внешность. Но оно того стоило. Путь исполнителя планов сестры вёл всё дальше от поместья Белухиных, но во время охоты всадники разъезжались во все стороны, поэтому на сбежавшего в чащу леса одинокого всадника никто не обратил внимания.

Правда, Андрею пришлось отстать, чтобы не вызывать подозрений. Более того, принц заметил, что Галапагоссова-Черепахина преследовал не только он. Волчица Кираны шла за стариком по пятам, каким-то своим звериным чутьём определяя опасного для хозяйки врага.

Принц замешкался на каких-то десять минут, нагоняя эту странную пару, но на поляне оказался под леденящий душу вой. Старик с остервенением бил кинжалом волчицу, кровь брызгала во все стороны, заливая убийцу, но это его не останавливало. Всё что успел сделать Андрей, это разрядить обойму из шестизарядного пистолета по Галапагоссову-Черепехину, прежде чем его накрыла тьма.

* * *Шутки закончились. История циклична. Вот и Кирана попала в схожую с Вулкановой ситуацию.

Император выложил перед ней кольцо с макром размером с голубиное яйцо. Третья императрица, подумать только! С сохранением всех прав на главенство в роду и прочих преференций, даже тотем менять не потребовал. А в перспективе, если её ребёнок станет наиболее одарённым, то может сесть на трон. Всё бы хорошо, но вся эта околотронная возня была глубоко безразлична охотнице, в то время как император решил, что она просто набивает себе цену. Вот он и повысил ставки.

Кольцо так и осталось лежать между ней и императором.

— Ваше Императорское Величество… Вы же понимаете, что этим предложением подписываете мне смертный приговор. Мало мне ненависти вашей дочери, так вы ещё и двух императриц решили раздраконить в мой адрес? За что? За смазливое личико? За уникальный дар? Или потому, что за мной не стоит громада рода, способная поднять в штыки маленькую армию?

Слова горькими каплями падали между ней и императором.

— Да мне проще отказаться от всего этого «счастья» и уйти обратно в свой мир. Там, по крайней мере, ни один мужчина не посмеет мне указывать что делать, с кем спать, а с кем создавать семью. Просто потому, что может поплатиться за свои посягательства. Мой ответ — не…"

"Договорить она не успела, так как сквозь толстые бревенчатые стены до её ушей донесся вой боли её родной Арвы.