Кодекс Крови. Книга IV (СИ)

Кровник, всю жизнь посвятивший расчленению тварей и сбору уникальных ингредиентов с изнанки, был сбит с толку, но выводы делать умел.

— А много их таких? Просто… как определить: тварь перед тобой или разумное существо? Ребята же ходят на промысел… Вдруг?..

Было видно, что Игнат проникся проблемой, причём решающим фактором стала именно история про Имяул.

— Не знаю, — не стал я врать кровнику, — пока по глазам только, наверное, но я надеюсь узнать о них больше.

* * *"

"Путь к шаману обычно занимал два полных дня. Первый день предстояло идти на собачьей упряжке между скалистых отрогов, прикрывающих собой узкое ущелье. Здесь обычно тренировалась Кирана. Охотница часто представляла себе, что ущелье когда-то было руслом огромной реки, но потом что-то изменилось, и пришёл вечный холод. Массивы льда возвышались на сто, а местами и на двести метров вверх. Внутри охотники прорубили ходы и пещеры, куда уходили укрываться жители в случаи высокоранговых прорывов.

Таковых на памяти Кираны не случалось, но старая Нарва однажды рассказывала, как у них случился прорыв шестого уровня. К ним пожаловала странная прямоходящая ящерица с крыльями. Холод ей очень не понравился, и тварь смела с лица земли поселение, будто его никогда там и не было. Жителей спасло только то, что они ушли в ледяные лабиринты. Сама же ящерица, не найдя пищи, просто ушла обратно в прорыв, посчитав местный мир неподходящим для жизни и тем более для смерти.

Правда, был шанс, что умереть здесь у неё бы не вышло, ведь магический фон поблизости от их поселения и так был повышен, но близ Ледяных пустошей возрастал многократно. Будто там было что-то, фонящее магией на многие километры вокруг. Самые сильные из охотников пробовали отыскать это место, но бесполезно. Многие просто не возвращались.

Шаман же был единственным живым существом, способным выдерживать постоянное влияние здешней магии, и то, он проживал лишь на границе магической аномалии, не углубляясь в неё.

— А кто он, этот шаман? — Кирана беседовала с матерью. Та ехала в санях, в то время как девушка стояла на полозьях. Было удивительно тихо, лишь скрип саней по снегу нарушал тишину северной ночи. Вечная ночь, сменяющаяся сумерками, лишь когда на небе проступала Река Времени. Она мерцала зелёными, фиолетовыми и красными огнями, указывая путь к перерождению заблудшим душам. Невероятно красивое зрелище.

— Никто не знает, — Нарва зябко подтянула медвежью шкуру к груди. Охотница машинально отметила этот жест. Мать старела, кровь уже не грела её тело, и морозы всё ближе подбирались к горячему источнику жизни любого человека. — Ходили легенды, что он появился из одного из прорывов, но не успел уйти обратно.