Кодекс Крови. Книга II (СИ)

А что случилось? — полюбопытствовала азиатка, эротично слизывая язычком крем от пирожного из уголка губ.

Я отвёл взгляд, вспоминая чудеса, вытворяемые этим язычком ночью.

— Мне нужно на время вернуть личность Михаила Комарина для получения доступа к счетам рода. У нас назревает война.

— Жаль, настоящим ты мне нравишься больше, — неопределённо отозвалась девушка. — Помощь в боевых действиях нужна?

— А как ты мне поможешь? — я слабо представлял, что можно сделать на поле боя с даром Тэймэй. Хотя, если выпустить вполне себе ожившего дракона…

— Например, заставить всех нападающих трахнуть друг друга по обоюдному согласию, — ядовито улыбнулась эта коварная девушка. — Пусть занимаются любовью, а не войной.

Я улыбнулся, оценив шутку, но всё же задал вопрос по поводу создания дракона.

— Н-да! Как говорят у вас, губа не дура? — Тэймэй рассмеялась. — Скажем так, создать я его могу, и даже огнём, наверное, он разочек плюнет, но после этого я пройду по пути бамбукового леса навстречу Инари, и долг жизни спрашивать будет не с кого.

— Тогда, пожалуй, остановимся на варианте с нетрадиционными отношениями в стане врага, — свернул я всё обсуждение к шутке. — Пора, дорогая! Дела не ждут.

* * *

Русско-Азиатский банк, одним из акционеров которого оказался барон Комарин, располагался на Невском проспекте в четырёхэтажном здании, больше напоминающем художественную галерею. Мозаики на окнах, высоченные вечнозелёные деревья в кадках вдоль мраморных колонн в холле, каскадная хрустальная люстра, свисающая с потолка — всё просто кричало о богатстве и надёжности владельцев.

Ещё больше об этом кричали молчаливые бритоголовые мордовороты, проверяющие клиентов на наличие атакующих артефактов. В нашем случае вопросы вызвали только очки, подаренные Инари за спасение Тэймэй, но и те не определились в качестве опасных. После проверки на наших запястьях защёлкнули магоподавители.

Чуть ранее мы обсудили это досадное недоразумение для использования дара Тэймэй, и девушка заверила меня, что браслеты не являются для неё помехой. А серьёзно так подошли к вопросу акционеры. Зачем переживать о возможных ограблениях, если можно сразу всех входящих превращать в простых смертных.

Встреча была назначена на имя Гаврилы Петровича Виноградова. Прекрасно осознавая сумму на счету, которой располагал клиент, нам выделили для переговоров отдельный защищённый от прослушивания кабинет и клерка высшего класса. Цепкий взгляд, оценивающий с ног до головы клиента и моментально определяющий его стоимость для банка, выдавал в этом господине настоящую акулу финансового сектора. Собственно, табличка на столе подтвердила мою первоначальную ассоциацию.