Кодекс Крови. Книга I (СИ)

Если первые две сотни лет мы ещё относились друг к другу как брат к сестре, то со временем закономерно отдалились.

Она всё чаще пропадала на изнанке, появляясь, когда мне нужна была помощь в закрытии прорывов. Сопоставив некоторые факты из прошлой жизни, до меня, кажется, начало доходить, почему она отдалилась от меня в последние годы.

— Тиль, — осторожно позвал я по связи.

— Тема закрыта, — отрезала подруга и закрылась.

— Я сейчас уеду, но, когда вернусь, мы обязательно поговорим, — мысленно пообещал. Может, и не стоило, в конце концов, никто не любит, когда ему или ей лезут в душу. Но, великая Кровь, как же я оказывается был слеп. Чтобы понять очевидные вещи, мне пришлось сдохнуть и переродиться. Да уж, смерть оказывается прекрасно прочищает мозги.

* * *Светлана Подорожникова бежала марш-бросок в точности такой же, какой их курс начинал бежать перед прорывом.

В этот раз ситуация уже была иная. Рюкзаки все перебирали вдумчиво. Светлана постаралась собрать тот же комплект, что когда-то видела у Комара, подозревая, что он включал всё необходимое и для последующих этапов.

Рядом бежали Лягушкина и Репейникова. Девушки сжали зубы и молча держали заданный Светой темп. Эта неделя их изменила в лучшую сторону. С одной стороны, дорвавшиеся до свободы девушки решили, что анонимность скроет всё, в том числе и разгульный образ жизни, но, с другой, они не ожидали, что парни ими банально воспользуются без излишних сантиментов. И теперь здоровая злость и чувство собственного достоинства стали хорошим подспорьем в развитии.

Сама Света наконец-то избавилась от назойливого внимания Медведева. После дачи клятвы о неразглашении этот недоженишок стал тише воды ниже травы. Ещё бы, узнать, что пытался принудить дочь императорского целителя, да ещё и рассматривался ею в потенциальные женихи… В общем, Медведев теперь пылинки с неё пытался сдувать, за что уже был неоднократно бит. При этом ему было глубоко всё равно, как поменялось о нём мнение его бывших подпевал.

Справедливости ради, те тоже теперь вели себя потише. Склок было меньше, наконец-то все занялись именно тем, зачем сюда и приехали. Инструкторы гоняли их до седьмого пота.

Единственное, что беспокоило Свету, это невозврат из госпиталя Комара. Вернулись все, кроме него. Часть инструкторов тоже начала носить артефакты смены внешности. Вот только для хорошего целителя все эти ухищрения всегда были бесполезны. Он запоминал пациентов не по лицам, а по особенностям строения энергетической структуры.

Например, у инструктора Паука, который теперь стал зваться Чёрным, была застарелая травма энергоканала под левой ключицей.