Кодекс Крови. Книга I (СИ)

Мы с Имяул вышли, она спряталась мне под куртку, оставив снаружи только любопытную мордочку. Пару раз постучав в дверь для приличия, мы вошли.

Внутренний двор «колодца» обустроили под просторные вольеры, где кошки могли играть и есть. Отдельно была ещё пара вольеров с собаками, но кошек было больше.

— Выходи, красавица, — позвал я Имяул вслух, — выбирай, с кем тебе будет комфортно, и кого ты будешь слушаться.

Кошечка выбралась из-за пазухи и, важно поднимая лапки, отправилась к вольерам. Её дерзкий мяв эхом отозвался между стен двора. Кошки прекратили свою возню и обратили своё внимание на мою белобрысую мелочь. По одной они подходили к сетке и обнюхивали друг друга, обменивались парой перемяукиваний и расходились.

Ритуал повторялся раз за разом, пока однажды Имяул остановилась и не сменила требовательный тон на просящий. Кошечка уговаривала кого-то подойти к сетке и не получала ответа.

Малышка прибежала ко мне и стала крутиться вокруг.

— Мяуре очень боульно. Мяуре помоги! Надоу лечауть! Скоряу! — Имяул подталкивала меня моськой к вольеру.

Я подошёл и рассмотрел в углу крупную пятнистую кошку с залитым кровью глазом, разорванным ухом и, кажется, с перебитыми задними лапами. Она смотрела на мир безразлично, смирившись со своей участью. Остальные коты вертелись перед нами, пытаясь привлечь внимание, выгибали спинки, становились на задние лапы, но Имяул настойчиво просила за эту.

— Ну и как я её вылечу!? Я же не лекарь.

— Возьми в род! — отозвался Комаро.

— Ты сейчас серьёзно? — удивлению моему не было предела, — животное?

— Ну, будет нянька у твоей питомицы. На животных запрета нет, мы сами Боги животных и растений, и лишь потом покровительствуем людям. Так что будет у тебя кошка Маура Прокомарина, документы сделаешь, если захочешь. Тем более кошка не замухрышка какая-то, а чистокровная бенгалка.

— Кто? — опять не понял я. — Звучит как национальность.

— Ой, деревня, — хмыкнул Комаро. — Бери в род, потом разберёшься.

Я попросил нервничающую Имяул узнать, согласна ли кошка служить мне в обмен на излечение.

Малышка чуть визгливо пропищала что-то, после чего израненная кошка поползла на брюхе к сетке. Она отчаянно цеплялась передними лапами за деревянный настил, подтягивая своё измученное тело. Рывок за рывком она приближалась, шипя от боли, пока не оказалась передо мной.

Я чиркнул по ладони серьгой, пуская себе кровь. Алые капли сорвались на загноившиеся раны на теле кошки, впитываясь без остатка.

Я повторял слова родовой клятвы, Имяул переводила на кошачий, а бенгалка тихо мурлыкала что-то в ответ. То, что клятва была дана от души, я ощутил, прочувствовав отголоски боли израненного существа.