Кодекс Крови. Книга ХVII

И как это допрашивать? И главное, кем?

Я попробовал отыскать Агафью с помощью кровной связи. Та, как ни странно, обнаружилась не в особняке, я совсем рядом, чуть ли не на борту дирижабля.

«Жива ли ты ещё, моя старушка⁈» — позвал я вампиршу.

«Не дождётесь!» — хихикнула та и вышла из теней посреди разгромленной рубки:

— Кого тут к нам такого борзого занесло?

Вампирша прохаживалась между поломанных и бессознательных тел, не проявляя ни к одному из них ни малейшего интереса, пока не добралась до парализованного вместилища для Гемоса.

— Ба! Какие люди и без охраны! — воскликнула Агафья. — К нам на огонёк пожаловал сам глава дипломатического корпуса Французской республики Гийом де Талейран-Перигор! Прошу любить и жаловать!

— Ни первого, ни второго не обещаю! — отреагировал я скептически. — Добить могу, чтоб не мучился за то, что он тут нам устроил.

— Погоди, внучок! Это всегда успеется! — притормозила меня вампирша. — Эту коровку можно доить долго и со вкусом.

— Так бычок ведь…

— Бычок-то он бычок, но для наших с тобой целей он бурёнка альпийская с повышенными надоями! — с каким-то даже детским восторгом произнесла вампирша. — Можно я его сама допрошу?

Агафья смотрела на меня таким умоляющим взглядом, что сразу становилось понятно: их с Талейраном связывала давняя, выдержанная временем и проверенная обстоятельствами, ненависть.

— Можно, конечно! — согласился я. — Но имей ввиду, у меня к нему тоже счёт имеется.

— Поверь, в конце нашей встречи, он будет опечален, что не сдох!

Глава 2

Это только кажется, что захват и дерибан французского дирижабля занял много времени. На самом деле, с момента обнаружения и атаки прошло не больше десяти минут, и что-то мне подсказывало, что незамеченными наши кульбиты не прошли никак. А потому, пока Агафья развлекалась с Талейраном, следовало прибраться.

Первым делом я снял Радужный щит. Всех попавших под удар пустотных гранат эвакуировали в Хмарёво, на месте проверяя состояние здоровья. Кого-то подзаряжали от макров на месте, а кому-то приходилось уходить на ротацию. Пленённые девицы пополнили камеры в тюрьме форта. Усыпив для верности и этих, я вынужден был признать, что с таким успехом скоро насобираю взвод спящих красавиц.

Как ни странно, но легче всего перенесла нападение Ольга. Во время штурма она подпиталась эмоциями французов и моими.

— Вспомнила бога, питающегося ненавистью, и решила попробовать. Оказалось, что страх, боль, растерянность, злость — это невкусно, — эмпатка скривилась будто съела лимон целиком, — но в качестве временной меры для подпитки сработало.

Я обнял жену, прижавшись лбом к её лбу, и послал волну тепла, любви и нежности.