Кодекс Крови. Книга ХVII

 — А у нас только дирижабли да легкомоторники есть, насколько я знаю.

— Мы в целом отстаем по техническому развитию где-то на век-полтора, но аналоги магические уже у многого имеются, — улыбнулась Оля. — Но в части военной техники… людям нет равных в придумывание средств убийства себе подобных.

— Ты о чем?

Перед нами как раз остановился поезд, двери его раздвинулись в разные стороны. Одна толпа людей сперва вышла из вагона, после другая зашла внутрь. И все без ругани, спокойно. Мы последовали их примеру.

— Я о ядерном оружии, — продолжила разговор супруга, — говорят, ещё гиперзвуковое придумали, но пока на уровне слухов.

Я оглянулся. Почему-то казалось, что наш разговор должен был привлечь внимание, но этого не случилось. Большинство людей в вагоне либо что-то просматривало в мобилетах, либо читало, либо имело разноцветные затычки в ушах.

— Наушники, — подсказала Оля, — через них музыку или аудиокниги слушают, фильмы смотрят, да разное.

— А куда мы едем?

— В центр, в царство денег. Попробуем показать тебе всё лучшее и худшее человеческой природы в одном флаконе. Ты только не удивляйся, придётся немного наврать и сделать некоторые магические внушения для ускорения процесса.

— Отдаюсь полностью в ваши нежные руки, — церемонно склонил я голову, а после чмокнул жену в нос.

— Эх, всегда мечтала хоть на денёчек побыть дерзкой, как Бонни и Клайд, похоже мечта сбудется спустя две жизни, — хохотнула Ольга, а я вбил запрос про Бонни и Клайда. Прочитав несколько строк, я уточнил на всякий случай:

— Эм… мы же банки не пойдём обносить? Нам денег хватит? Если что, я ещё прихватил…

— А об этом молчи, — нахмурилась Ольга, тут же окидывая подозрительным взглядом наших соседей по вагону. Я почувствовал волну силы, идущую от ней. Уж не знаю, что она транслировала, но люди в нашу сторону даже не взглянули.

— Ну, что ж позвольте, сегодня я побуду вашим гидом, Ваше Императорское Величество, Трайордан Первый, — Ольга натурально сделала глубокий реверанс.

* * *Кабинет генерала МВД Иванова выглядел, как и подобало его должности: обшитый темным дубом, с массивным столом и портретами высшего руководства на стенах. Тяжелые шторы приглушали свет, но не скрывали напряжения, витающего в воздухе. На столе стояла чашка кофе, уже остывшего, и папка с грифом «Совершенно секретно»."

"Генерал Пётр Петрович Иванов, мужчина под шестьдесят, но с плечами шкафа и взглядом, от которого даже опытные оперативники съеживались, медленно прохаживался перед сыновьями. Его кулаки сжимались и разжимались, будто он мысленно примерял, с какой силой врезать им по головам.

— Вы там совсем ох… ли? Вам ваших клубных давалок мало? — его голос напоминал грохот бульдозера по гравию.