Кодекс Крови. Книга ХIII

— Договорились, — я чуть было не сменил ипостась, чтобы подать ему руку, но вовремя воздержался.

— И ещё одно… — Тайпан замешкался, не решаясь сразу произносить нечто для него сугубо личное, — я видел рабский ошейник на дочери… За что вы её так? Она же слаба… и она — женщина, в конце концов. А женщины склонны к глупостям. Все мы так или иначе стремимся к силе…

— Вы её не спросили, — я не спрашивал, а утверждал, судя по обтекаемым фразам Тайпана.

— Для неё это болезненные воспоминания, и они ещё свежи. Я спрашиваю вас."

"— Хорошо, — не стал я наводить туман, — вы в курсе, что она относится к некой уникальной разумной расе, более высокого техно-магического уровня, чем в вашем мире. И у неё была возможность спасти тысячу с четвертью детей этой расы, при этом заодно повысив собственный уровень владения магоэнергией до запредельного по вашим меркам. Выбор не стоял или, или.

— Да, она говорила, что попыталась поглотить объём адамантия больший, чем смогла «переварить», образно говоря. Вы её спасли.

— Да, но она не говорила, что решила не спасать каких-то там детей и не делиться с ними силой. Эгоизм и жажда силы перевесили. Спаси она сперва детей, а после проверни всё тот же манёвр, я бы ей и слова не сказал. Риск — благородное дело. Но ценой детей… Среди них четверть сотни были моими… Сотня — её братья и сёстры. Я спас вашу дочь, а ошейник — лишь напоминание, что некоторые ценности во вселенной должны быть незыблемыми. И это не сила, если вы меня понимаете. А вы должны с учётом вашего воспитания отпрысков.

— Благодарю, — склонил голову Тайпан. — Мне некоторые вещи стали видеться в несколько ином свете. Я сообщу вам, когда получится подготовить момент для встречи.

* * *Нинг нежилась на солнышке, методично касаясь лапкой выданного дедом алмаза. Тот, огранённый по стандартной пятидесятисемигранной форме, отбрасывал солнечные блики далеко за пределами горного выступа, где отдыхала юная внучка Красного Дракона. Редчайший голубой цвет перекликался с цветом неба, невольно притягивая взгляд.

Рядом из солнечных лучей соткалась изящная кошечка, с вожделением облизываясь на драгоценный камень.

— Неужто легла под своего человечишку, и он отплатил тебе так скудно? — постаралась как можно сильнее задеть юную богиню дочь Солнечной Нэко.

— Отстала от жизни, подруга, — хмыкнула Нинг, сдерживая свой огненный нрав, — человечишка уже стал богом и заткнул за пояс самого Кречета, так что лечь под такого… тебе чести не представится. Да и Андрей намного щедрее наших стариков, уж поверь.

— Тогда откуда такая прелесть? — уловила главное в ответе Нинг кошечка. Она ласково касалась граней бриллианта, любуясь переливами света.

— Дед подарил, когда подтвердил достижение порога силы. Теперь начнёт готовить меня к правлению.