Кодекс Крови. Книга ХIII

— То есть дай-ка я переведу на нормальный язык. В нашем мире назревает война против тебя любимого из-за убийства десятка драконьих богов. А мой папенька решил пообщаться со мной, чтобы понять, чью сторону принимать или же и вовсе остаться в стороне, как он обычно делал. Я права?

— И да, и нет, — пришлось признать. — Драконы живы, но с уполовиненными запасами адамантия и конечностей. Хотя конечности вроде оборвал все, но их уже должны были отрастить.

Говорил же, что местные боги значительно подкованней в местной божественной кухне, чем я. Даже из скудной информации Тайпана почти верно восстановила существующую картину.

— Зря, — коротко рубанула аспида. — В божественных играх не принято оставлять недобитков. Как говорится, победителей не судят. Нужно было сносить всех, формальный повод у тебя был, а там, пока бы наши между собой погрызлись за лакомые куски паствы десяти драконьих богов, о тебе бы и не вспомнил никто. Тем более претензию некому было бы предъявлять, насколько я поняла.

— Там твой отец, Комаро и Нинг, внучка Красного, были. Не вырезать же всех под корень.

Магия Рассвета расходилась волнами, напитывалась солнцем и возвращалась обратно ласковым прибоем. Причём возвращалась она в более концентрированном виде. Если можно применить подобное сравнение.

— Хм-м-м… — задумалась Тайпана. — Да, резать всех без разбора не в твоих правилах. Тем более Комаро свой, вероятней всего, ещё и сунулся в драку за твою жену и огрёб по самое не могу, Нинг… ребёнок ещё по сути, а отец… я не обманываюсь, что ты его ради меня пожалел, скорее, уж рассчитываешь собрать мирную коалицию в противовес воинственной.

— Примерно так и было, — не стал я артачиться. — Исходя из этих вводных думай, что говорить будешь.

— Слушай, а место какое интересное, заметил? — внезапно сменила тему Тайпана. — Я здесь в Рассвете купаюсь просто, даже в Великой Пустыне сейчас фон слабее.

Я и сам заметил нечто схожее, но источника Рассвета пока не находил.

— Заметил, и по свободе постараюсь исследовать, раз уж крыльями обзавёлся. Пока медитируй, а я за отцом твоим схожу.

Аспида кивнула и сменила ипостась на змеиную, чтобы подставлять под солнечные лучи как можно большую площадь тела.

Я последовал её примеру и стал драконом, не рискуя раскрывать личину Комарина. Портал я открыл, ориентируясь на Акиро, и, просунув голову, сквозь червоточину в ткани миров пригласил гостя дорогого к нам на огонёк. Сам Алый Змей в человеческом облике чувствовал себя неуютно, поэтому стоило ему переступить символический порог портала, он тут же сменил ипостась. Увидев дочь, греющуюся на солнышке, он замер и агрессивно зашипел:

— Что ты с-с-с ней с-с-сделал?"

"М-да, как-то не учёл я, что Тайпана сильно потеряла в силе после потери своей мнимой божественности.