Кодекс Крови. Книга ХIII

Погиб один мир, всегда можно переместиться в другой и вернуть силу, — принялся объяснять алтарь. — Она почти как мы, как твоя Кровь, а ещё как Смерть и Жизнь, Энергия, Тьма и Свет, Хаос и Порядок… Есть первоосновы, и они крепко взаимосвязаны. Она, правда, рангом чуть ниже, но очень близко.

— Погодите, то есть она теперь бессмертна и олицетворяет эмоции? — попытался я провести аналогии.

— Пока ещё не бессмертна, тело только начинает трансформацию. Чем больше эмоций она будет впитывать, тем быстрее изменится и станет неуязвимой. А насчёт олицетворения… Представь себе глубоководную реку, из которой могут пить сотни, а то и тысячи существ. Вот так же и здесь, она стала одной из тех, кому эмоции и чувства открылись в качестве источника силы.

— Так и вы тоже не в единственном экземпляре? — я натурально подвис от таких новостей.

Первостихии рассмеялись."

"— В этой ветке миров в единственном, — успокоили они меня, — у нас тоже есть этика. Мы не вмешиваемся в расстановку сил на чужом поле.

— А Мать Великая Кровь… Она же заняла меня у Смерти, — перевёл я всё на свою ситуацию.

— Это, скорее, исключение из правил, — возразили первостихии. — Ты поэтому и постоянно по краю ходишь. Слишком во многих раскладах оказался замешан. Другими словами, многие заметили краплёную карту в твоём лице и по ходу игры вовлекают тебя в свои расклады, то и дело повышая ставки.

Зашибись. Я стал этакой божественной марионеткой, с помощью которой каждый бог или высшая сущность хочет поправить собственное положение.

— И вы… в том числе, — я не спрашивал, а утверждал, подспудно вспоминая некоторые оговорки в поведении алтаря, когда я отправлялся спасать Агафью. Мне тогда посоветовали не забыть свой алтарь активировать, намекая на пирамидку. Просто я тогда ещё не понял, о чём шла речь.

«Вообще, у тебя был похожий разговор с элементом земли, когда вы шли спасать твою сестру от какого-то бородатого мужика в подземельях, — осторожно вступил в разговор адамантий. — Тогда ты отказался плясать под их дудку. Но тебя поставили перед фактом, что этого не миновать, и стёрли воспоминания об этом разговоре».

Я выругался, просматривая собственные воспоминания, открытые с помощью адамантия. Мне ещё тогда всё выложили в лоб. Хотя, если так подумать, то и Мать Великая Кровь на посвящении сделала так же, как и первостихии. Она рассказала мне какую-то часть правды об уготованной судьбе, а после заблокировала воспоминания.

— Вспомнил-таки, — ни капли не смутились первостихии. — Это хорошо!

— Вы всё это подстроили… — у меня голова шла кругом.

— Такое подстроить невозможно, — хмыкнули первостихии. — Уж мы-то не первый раз идём по тропе.