Кодекс Императора III

Сейчас ему, как никогда, нужна была холодная голова.

Успокоившись, он вызвал своего главного помощника, которого сам же прогнал из кабинета тринадцать минут назад. Тот зашел в кабинет через три минуты, и вид у него был взволнованный.

— Скажи мне, почему вокруг императора начала ходить странная слава? — раздраженным тоном начинает Виктор Степанович. — Вот за какое дело он не возьмется, все у него получается! Это максимально странно, — задумчиво заканчивает он.

Виктор Степанович не надеялся услышать от помощника внятный ответ. Что говорить, если Разумовский сам не понимает, как объяснить произошедшее. Но он искренне надеялся, что этот разговор поможет натолкнуть на верную мысль.

— Мы пытались связаться с разведкой, — нервно отвечает помощник. — Но наших людей там не осталось… А сам Лаврентьев никак не идет на контакт, и всех игнорирует.

Вместо ответа Виктор Степанович лишь хмыкнул.

— С военными тоже ничего непонятно, — осторожно продолжает помощник. — Константин Уваров тоже на контакт не идет, и раз за разом повторяет только то, что он ничего не знает. А потом добавляет, что всегда поддерживал императора и целостность Российской империи.

Сказав это, помощник чуть ослабил воротник рубашки, словно ему стало душно в хорошо проветриваемом помещении.

— И что, никаких предположений нет? — Виктор Степанович разочаровался в своем помощнике.

Ему казалось, что парень куда умнее, что у него есть потенциал, а потому он и взял его на эту должность.

— Есть версия, что возможно легенды не врут, и Кодекс Первого Императора вправду пробудился. А значит, можно каким-то образом попытаться разъединить их с императором.

— Это не так просто сделать, как кажется, — проговаривает Разумовский, задумчиво глядя перед собой.

Все-таки помощнику удалось хотя бы нащупать верное направление для принятия решения, которое может помочь изменить все.

— О! Устроим волнения на границах с Персией, Халифатом и Северным Союзом, — озарило Разумовского.

— Их отношения с Российской империей и так накалены до предела. Куда ж еще? — удивился помощник.

— Обстреляйте, устройте провокации. Неужели я должен учить вас выполнять вашу же работу? — строго спросил Виктор Степанович, глядя прямо в глаза помощника.

Тот вздрогнул от столь пронзительного взгляда.

— Нет, господин. Все сделаем, — закивал мужчина.

Разумовский откинулся на спинку кресла и задумчиво продолжил:

— Но этого будет мало… Поэтому позовите мне Романа Алопаева, — велит бывший канцлер.

— Мясника? — широко распахнул глаза помощник. — Помнится вы говорили, что не собираетесь иметь с ним ничего общего, и в его услугах не заинтересованы.