Кодекс «Альтмана»

"

"— Надеюсь, нам и впрямь удастся вынудить их отступить, — торжествующе произнес он, должно быть, вспоминая о тех мучениях, которые выпали на его долю за пятьдесят лет плена вдали от родины.

Солдаты панически метнулись в укрытие, предоставив раненному Тейером товарищу самому сползти с дороги.

Нападавшие были плохо подготовлены, у них явно не было боевого опыта. Киавелли сомневался, что кому-нибудь удалось бы быстро поднять их в атаку даже самыми категорическими приказами.

Киавелли и Тейер продолжали прижиматься к земле, выжидая и отсчитывая минуты. Медленно тянулось время. Прошло двадцать минут, но нападение не возобновлялось. Заминка была им на руку, поскольку она оттягивала появление солдат у Спящего Будды. Потом Киавелли заметил серебристый блеск. Лунный свет отразился от чего-то, возможно, от циферблата наручных часов. У него возникло неуютное ощущение, потом он уловил звук и движение. Внезапно кусты, находившиеся менее чем в десяти шагах, поползли им навстречу.

— Огонь! — лихорадочно зашептал он. — Стреляйте, Тейер! Огонь!

Опирая автомат о крышу лимузина, он выпустил длинную очередь, а рядом с ним загремела «беретта». Однако угол обстрела был неудачный, и, чтобы хорошо видеть цель, Киавелли и Тейеру приходилось подниматься на цыпочки.

В лимузин угодили две пули. Киавелли почувствовал запах раскаленного металла. Судя по звуку, стреляли сзади. Послышались голоса, кричавшие по-китайски.

Лицо Тейера мертвенно побледнело.

— Нам приказывают не шевелиться, бросить оружие и сдаться, иначе нас убьют. Однако мы могли бы...

— Ни в коем случае. Даже не думайте об этом. — Киавелли пообешал уберечь отца президента и предпочел бы, чтобы тот вернулся в колонию, но не погиб. Пока они оба оставались в живых, у Киавелли сохранялась возможность защищать Тейера. — Мы задержали их по меньшей мере на полчаса. Порой тридцать минут могут многое изменить.

Он перебросил автомат через крышу лимузина, поднял руки и заложил их за голову.

Дэвид Тейер, содрогаясь, уронил «беретту» и сцепил пальцы на макушке. Несколько часов свободы подошли к концу.

— Увы, — прошептал он.

Из-за кустов появились восемь солдат, поддерживая своих раненых товарищей. Они подняли с земли оружие Киавелли и Тейера, ухмыляясь при виде еще двух бойцов, которые подобрались к ним сзади. По всей видимости, в составе пехотного отделения китайской Народно-освободительной армии было двенадцать человек.

Вперед вышел их командир — капитан с пистолетом в руке — и сердито заговорил по-китайски.

— Он спрашивает, кто мы такие, — перевел Тейер. — Он сообразил, что мы американцы, и... О, господи! — Старик посмотрел на Киавелли.