Кодекс «Альтмана»

Он велел троим идти вместе с ним и Джоном, а пятеро остальных исчезли среди деревьев. Пригнувшись, они бесшумно и торопливо зашагали по свежевспаханному полю; от ходьбы по мягкой почве избитое тело Джона разболелось, но потом они оказались в тени яблонь с созревающими плодами, где земля была тверже, и он почувствовал себя лучше.

По сигналу Асгара они остановились и залегли. Перед ними в обе стороны протягивалось открытое расчищенное пространство вокруг сетчатой ограды колонии. По верху забора была натянута колючая проволока. За ним виднелась полоса сухой вспаханной почвы шириной около десяти метров — ни растений, ни влаги, ни отпечатков ног. Контрольно-следовая зона.

— Я иду к забору, — прошептал Асгар. — Я возьму с собой...

— Вы возьмете с собой меня, — перебил Джон. — Я хочу, чтобы Киавелли и Тейер знали о моем присутствии, вдобавок я все равно не смогу общаться с вашими людьми. Они останутся позади и будут нас прикрывать.

— Что ж, тогда вперед."

"Сгибаясь, они ринулись к забору. От напряжения в истерзанных мышцах Джона бросило в пот. Как только они оказались у ограды, на охранной вышке слева от них вспыхнул поисковый прожектор. Асгар и Джон упали на землю, плотно прижимаясь к сетке. Ноздри Джона забила пыль. Он с трудом сдержался, чтобы не чихнуть.

Ищущий луч прожектора миновал их, потом еще раз прошел над ними.

— Что происходит, черт побери? — послышался едва уловимый шепот Асгара. — Таких мер предосторожности здесь еще не бывало.

— Должно быть, что-то насторожило охрану.

— Верно. Как только прожектор выключат, мы поползем на запад.

* * *Дэвид Тейер сидел за дощатым столом в темной камере барака и укладывал в поясную сумку свои скудные пожитки.

Деннис Киавелли светил ему маленьким фонариком. Луч пронизывал седую прядь Тейера, отчего его волосы были похожи на только что выпавший снег.

— Вы уверены в том, что справитесь? — спросил Киавелли. — Дело может оказаться намного труднее, чем мы ожидаем. Вас могут ранить или убить. Еще не поздно передумать.

Тейер поднял голову. Его выцветшие глаза забегали.

— Вы с ума сошли? Я ждал всю жизнь. В буквальном смысле этого слова. Я вновь увижу Америку, увижу своего сына! Я не могу отказаться. Я чувствую себя старым ослом, но не могу поверить в происходящее. — Его морщинистое лицо излучало нескрываемую радость. Киавелли рывком повернулся к окну:

— В чем дело?

— Я ничего не слышал.

Старик был туг на ухо. Киавелли подошел к окну.

— Проклятие! — он прищурил глаза и вновь негромко выругался.

— Что такое?

— Начальник колонии. Привел с собой солдат. Они обыскивают бараки. Сейчас они войдут к уйгурам. Кажется, наш барак будет следующим.

Пергаментное лицо Тейера побледнело:

— Как нам быть?

— Вернуть все на прежние места.