Кодекс «Альтмана»

Глава 3

Вашингтон, округ Колумбия

Золотистый солнечный свет заливал розовый сад и проникал в окна Овального кабинета, ложась на пол теплыми прямоугольниками. Однако сегодня даже он кажется зловещим, подумал президент Сэм Кастилья, когда в дверях появился руководитель администрации Белого дома Чарльз Оурей.

Глядя на Оурея, президент понял, что тот чувствует себя не лучше.

— Что скажешь?

— Боюсь, мои новости вам не понравятся, господин президент.

— Выявить источник утечек не удалось?

— Все впустую. — Оурей покачал головой. — Столь подробные и масштабные утечки должны оставлять следы, но ни разведслужбы, ни ФБР, ни ЦРУ, ни АНБ[2] до сих пор ничего не нашли. Они проверили всех сотрудников Западного крыла от почтового отделения до руководящего состава, включая меня. В сущности, проверке подвергся весь штат Белого дома, вплоть до садовников и уборщиков.

Президент сложил ладони домиком и хмуро посмотрел на свои пальцы:

— Превосходно. Кто же остается?

На лице Оурея отразилось беспокойство:

— О чем вы, сэр?"

"— Кто из людей, имевших доступ к информации, которая просочилась наружу, избежал проверки? Планы... политические решения... О них знали только самые высокопоставленные сотрудники.

— Да, сэр. Но я не понял, что вы имели в виду, спрашивая, кто остается? Ни один человек. И я могу...

— Они проверяли меня, Чарли?

Оурей натянуто рассмеялся:

— Разумеется, нет, господин президент.

— А почему, собственно? Я имел доступ ко всем сведениям, о которых идет речь. Разве что если были и другие утечки, о которых мне не доложили.

— Нет, сэр, от вас ничего не утаивали. Но подозревать вас было бы попросту смешно.

— То же самое говорили о Никсоне, пока не были найдены пленки с записями.

— Но, сэр...

— Я знаю, ты хочешь сказать, что больше всех пострадал я сам. Но это не так. Самый существенный вред утечки нанесли американскому народу. Надеюсь, ты улавливаешь мою мысль.

Оурей промолчал.

— Заберитесь выше, Чарли. И расширьте круг поисков. Правительство. Вице-президент, который отнюдь не всегда соглашается со мной. Члены объединенного комитета начальников штабов, Пентагон, влиятельные лоббисты, с которыми мы порой делимся секретами... Никто не может быть превыше подозрений.

Оурей подался вперед:

— Неужели вы действительно допускаете, что к утечкам может быть причастен кто-то из самых верхов?

— Вполне. Кем бы ни был этот человек, он — или она — ставит нас в тяжелое положение. И не в том беда, что пресса и даже противники выведывают наши замыслы до того, как мы их рассекречиваем... до сих пор это мешало нам, но не более того. Хуже всего то, что мы теряем уверенность друг в друге и начинаем сомневаться в безопасности нации.