Код возвращения

Сейчас Владиславу показалось, что он несет полный бред. Но он добросовестно пересказывает слова профессора!

— Брониславский не гарантирует успех этой акции, — поспешно добавил Владислав. — Он только констатировал наличие кода возвращения.

— Та-а-ак, — протянул Горемыкин. Он осторожно расстелил на полированной столешнице лист чистой бумаги, поставил на него чашку с кофе и откинулся на спинку крутящегося кресла. В его восприятии окружающей действительности произошел перелом. Он явно заинтересовался сообщением. — Да вы садитесь, садитесь, Владислав Игоревич. В ногах правды нет. Как он вам показался?

— Кто? — не сразу понял начальник СБ, приземляясь на ближайший к нему стул.

— Брониславский. Его слова не могли быть старческим бредом или чем-то в этом роде?

Сам того не подозревая, Горемыкин озвучил затаенные опасения Владислава. У психиатров всегда едет крыша. Попробуй всю жизнь пообщаться с психами! Однако если он пришел с докладом к своему начальнику. то зачем делать из источника информации сумасшедшего? Напротив, надо показать ценность и значимость полученных сведений. К тому же, припомнив морщинистое, но все еще волевое лицо профессора, Каймаченко осторожно покачал головой.

— Скорее всего нет, Петр Георгиевич, — ответил бывший десантник. — Он выглядел вполне здравомыслящим человеком. Даже позволил себе высказать негативное отношение к нам и сетовал на то, что судьба вообще столкнула его в жизни с этим Максом Кардановым. Дескать, он чувствует вину перед парнем.

— Что ж, вполне здравая реакция. За что ему нас любить?

Горемыкин надолго задумался и вернулся к своему кофе.

— Ладно, — наконец нарушил он молчание. — В конце концов, никому не станет хуже, если мы попробуем задействовать этот код возвращения!

— Я тоже так подумал, — Каймаченко заметно воспрял духом.

— Но куда он вернется? — Петр Георгиевич окончательно расстался с пустой чашкой И задумчиво забарабанил пальцами по столу. — Где его ловить?

— Я пришел к выводу, Петр Георгиевич, что если код сработает, то в России есть только одно место, куда Карданов вернется. К своей девушке. Марии Смулевой."

"— Не факт, уважаемый. Далеко не факт! Горемыкин снова погрузился в задумчивое молчание. Старинные часы с маятником, с которыми, как знал Владислав, у Петра Георгиевича были связаны какие-то личные душевные воспоминания, тихо отщелкивали секунды, подчеркивая наступившую в кабинете звенящую тишину. Каймаченко почувствовал, что его ладони опять начинают покрываться предательской испариной. О чем думает Горемыкин? Уж не о способе ли замены начальника СБ?

Но оказалось, что мысли начальника текли в другом направлении.