Код возвращения

Воздух стал вязким и душным. Даже свет померк на несколько секунд. Карданов встряхнулся и первым взял себя в руки. На самом деле никаких физических эффектов в комнате не наблюдалось — только психологические. Так реагирует человеческий организм на близость к чудовищной, не ограниченной ничем энергии, способной в любой миг вырваться наружу.

Дождь за окном прекратился, и Кремль был виден отчетливо и ясно. Максу стало понятно, что взрыв уничтожит главный культурно-политический центр страны, а с ним и половину Москвы!

Гепард наклонился вперед и сцепил пальцы в замок. Лицо его было серьезным и сосредоточенным.

— Итак, — медленно и глухо заговорил Бекмурзаев. — Мы начинаем операцию «Рука Аллаха». Сейчас мы доведем наш ультиматум до сведения руководства России. Условия просты: вывод войск из нашей республики, ее отделение и полная независимость. В случае отказа весь мир содрогнется от расправы с неверными!

— Мы так не договаривались! — возмутился Макс. — Я согласился помочь тебе за хорошие деньги, но вовсе не собирался умирать! У меня совсем другие планы!

— У нас у всех теперь один план. И одна судьба. Молись, чтобы твои начальники проявили благоразумие! — мрачно сказал Гепард. И продолжил: — Теперь настало время твоей работы. Ты знаешь телефоны высших чиновников страны. Хотя чиновники уже другие, телефоны остались прежние. Соедини меня с теми, кто способен правильно ответить на наш ультиматум! Покопайся в памяти и вспомни нужные номера!"

"Максу не нужно было копаться в памяти. Несколько телефонов намертво впечатались в его сознание. Никто никогда не хранил подобные номера в записных книжках или на клочках бумаги. Или ты его знаешь на память, или нет. Третьего не дано. Карданов знал.

— Я помню такие телефоны. Когда-то они принадлежали общему отделу ЦК КПСС, а теперь наверняка — президентской Администрации.

Макс невольно отметил, что взгляд Рохланова изменился. В глазах появился страх. Одно дело хорохориться друг перед другом и убивать других, а совсем другое, когда приходится умирать самому. Ставки сделаны, и никто уже не в состоянии выйти из игры по собственной воле. Вот и бегают зрачки у вечно голодного Заурбека, и дрожит рука с пистолетом у Арсена Гуссейнова.

Твердость и решимость исходили только от самого Бекмурзаева. Он ощущал чудовищную мощь, находящуюся в его распоряжении, частица этой мощи передавалась ему, распирала его тело и многократно увеличивала физические и духовные силы. Он ощущал, что растет, пробивает головой этажи сталинской семиэтажки, проходит сквозь крышу и с высоты рассматривает лежащую у его ног беззащитную Москву.

Макс медленно продиктовал два номера, которые невозможно найти ни в одном телефонном справочнике. Гепард нажимал жалобно попискивающие клавиши.