Кочевая кровь

– Родственники приносят мертвого барона в табор. Начинается ливень, все прячутся в палатках. Сыновья барона, пока никто не видит, уносят его тело на отвал. Если говорить о действиях лиц во времени и в пространстве, то на этом – все! Дальше одни предположения."

"Я посмотрел на присутствующих. Все молчали. Пришлось продолжить, хотя я хотел передохнуть, покурить, попить воды.

– Давайте представим, что все пошло по плану заговорщиков, без осечек и проколов. Оглушенный Меркушин очнулся на поляне, нашел свой пистолет. Родственники барона заявляют, что он убил отца Айгюль, но, так как он представитель власти, самосуд они вершить не будут. Меркушину бы показали мертвое тело и предложили валить с поляны куда подальше. Леонид, еще толком не пришедший в себя, вернулся бы в город. Сыновья сжигают тело барона, дождь смывает все следы. Поздним вечером в таборе на совещание собираются самые уважаемые мужчины племени. Перед ними выступает Салех. Сказал бы он примерно так: «Бог дал, бог взял. Наш брат заступился за изнасилованную дочь, милиционер его застрелил. Связываться с властями мы не будем. У милиционера друзья, связи, власть – надавит где надо, нас самих в убийстве обвинят. Кто мы такие для властей? Грязные кочевники. Они за своего коллегу стеной встанут, среди нас убийцу искать начнут. Мы, братья барона, заявлять о его убийстве никуда не будем. Изнасилование Айгюль пусть останется между нами. Айгюль теперь собственность Алижона, пускай он ее судьбу решает». По законам маагутов только старший мужчина в роду имеет право общаться с властями. Старший – это Салех.

– А жена барона? – не удержался от вопроса незнакомый офицер.

– Жена барона, – с легкой усмешкой сказал я, – после смерти мужа стала женой Салеха. Без его разрешения она рот не откроет.

– Меркушин? – нетерпеливо спросил Комаров.

– Давайте исходить из того, что заговорщики не представляют, что такое уйти с дежурства с оружием. Они предложили Меркушину прийти на поляну в форме, с пистолетом. Он пришел. Откуда они знают, что его самовольный уход с дежурства вызовет такой переполох? Теперь о самом Леониде. Представим, что он очнулся на поляне, нашел пистолет. Айгюль рядом нет, а есть возбужденные бородатые мужики, которые обвиняют его в убийстве барона. Меркушин бы сразу же сообразил, что его заманили в ловушку. Увидев труп, он бы по-настоящему испугался. Он же не знает, что происходило вокруг него, пока он был без сознания. Заговорщики хорошо просчитали этот момент – никому бы Меркушин о событиях на поляне рассказывать не стал. Он бы сидел и ждал, чем дело кончится. А закончилось бы оно ничем: маагуты скрыли бы смерть барона. Два момента испортили заговорщикам весь план: Меркушин не смог сам уйти с поляны, Мехмон спрятал пистолет. У меня – все.