Бросок кобры

 – Но человек не обязательно должен выписываться, он может просто уехать. Пока мы не побеседуем с вашим лейтенантом, вопрос не прояснится. Спасибо, Павел Юрьевич, вы свободны.

Когда Кулагин попрощался и ушел, Гуров сказал:

– Павел порядочный парень, убежден, что он с нами искренен.

– Не говори глупости. Лева. – Орлов вновь потер лицо, зевнул, взглянул на часы. – Он офицер, должен выполнять приказы. А его начальник мужик дерьмовый, я Володина давно знаю. Еще будучи опером, подхалимничал, он ради карьеры на все пойдет. Другое дело, что если бы раненый зацепился раньше, то вчера днем в гостинице от спецслужб было бы не продохнуть. И никто не позволил бы лейтенанту идти в туалет подставлять свою голову, затем около четырех часов лежать в сортире. Все произошло быстро, кроме самого лейтенанта, никто ничего не знал. Вот что он узнал? Станислав, парню сделали операцию, переливание “крови, он раньше утра не заговорит, но к тому времени ты там должен быть своим человеком. Надеюсь, тебе известно, что хирурги носят зеленые халаты только во время операции?

– А если я там встречу коллегу из контрразведки? – спросил Крячко.

– В таком случае, Станислав, ты разочаруешь меня. – Орлов перевел взгляд на Гурова. – Значит, у тебя есть к гостинице агентурный подход?"

"– Возможно, подход имеется, неизвестно, куда он приведет. Я бы не хотел, Петр Николаевич, распространяться на эту тему раньше завтрашнего дня. Врач сообщил, что рана на голове лейтенанта рваная?

– Да. Почему ты спрашиваешь о характере раны?

– Можно предположить, что удар нанесен кастетом, – ответил Гуров.

– Я уже думал об этом, – сказал Крячко. – Не хотел лезть раньше начальства.

– Хватит предположений, пытались убить сотрудника, который ведет розыск террориста. – Орлов вновь взглянул на часы. – Упущено черт знает сколько времени. Если преступник жил в гостинице, он, конечно, давно съехал.

– И улетел в теплые края, – сказал Крячко.

– Тогда он должен вернуть деньги и потерять лицо. Его нашли, чтобы сделать заказ, и передали ему деньги. Его снова найдут, чтобы деньги забрать. – Гуров посмотрел на Орлова, спросил: – Твое мнение?

– Мы против них не работали, международный кодекс не знаем. Свяжись с Еланчуком, узнай, что они думают по этому поводу. Если все так, наше участие в розыске закончено. Пусть ФСБ работает с Интерполом. Но пока лейтенант не заговорил, мы должны продолжать работать. Так что по местам. Станислав в Склифосовского к раненому, ты. Лев Иванович, с утречка буди своих агентов.

* * *Гуров позвонил Харитонову в девять утра, судя по голосу, тот лишь проснулся, ответил недовольно:

– Ну? У кого горит?

– Во-первых, здравствуйте, Борис Михайлович, – сказал Гуров. – Вроде вы не пьете, а голос у вас похмельный.