Жена князя Луны

Хоть сейчас на чаепитие в магистрат.

– Госпожа Льефф, я бы хотел поговорить с вами, – жестко произнес нид Энтан, отворачиваясь от Дэррика.

– Я по-прежнему не подлежу Соглашению, милорд нид Энтан, – ласково пропела Арфель. – Но хочу поблагодарить вас за амулет, он стал истинным спасением для моей сестры.

Ти-Риэл сверкнул глазами и вкрадчиво осведомился:

– А разве прилично избавляться от подарков?

– О, вы знаете, последнее время понятие приличий сильно переоценивают, – безразлично бросила госпожа Льефф. – Называя те или иные действия ""неприличными"", люди зачастую имеют в виду, что им неудобно чужое мнение. Или чужие действия. Нелюдей это тоже касается.

Илуор одним жестом приказал ти-Риэлу заткнуться и повторил:

– Я желаю говорить с вами, госпожа Льефф. Это важно и довольно срочно."

"– Только говорить? – с интересом уточнила госпожа Льефф. – Видите ли, я не могу остаться с вами наедине. Это никак не возможно. Не буду разводить излишних тайн, сейчас я лечусь от внезапной и ничем не обоснованной потери памяти. Есть вероятность, что кто-то сделал со мной нечто ужасное. Так что вам не удастся убедить меня довериться вам. Кто-то уже обманул мое доверие, милорд.

Оборотень прикрыл глаза, шумно выдохнул и процедил:

– Я могу гарантировать вашу безопасность.

– О, так вы можете поклясться в том, что никогда не причиняли мне вред? – с тонкой усмешкой спросила Арфель. – Вы дадите полноценную магическую клятву?

В кабинете повисла мертвая тишина. Каэль с интересом наблюдала за сменой эмоций на лице ти-Риэла – злость, раздражение и обреченная покорность. Арфель же не отводила взгляда от нид Энтана – упорство, решительность и смирение. А Ричард Дэррик умудрялся присматривать за всеми одновременно. Его левая рука лежала на стеклянном шаре, и госпожа Льефф готова была поспорить на все свои сбережения: целитель мог вызвать стражу в любую секунду.

– В чьем присутствии вы желаете говорить? – оборотень почти рычал, и Арфель, чуть пожав плечами, спокойно ответила:

– В присутствии Ричарда, потому что он исцелил мое тело, в присутствии леди Эзры – она лечит мой разум, и в присутствии Каэль Хемм – она хранит мое спокойствие. Три драгоценных человека, без которых я не представляю своей жизни, милорд нид Энтан.

Оборотень коротко выдохнул и с кривой усмешкой произнес:

– Выбор мне не предоставлен, верно?

– А мне он был предоставлен? – подалась вперед Арфель.

Илуор переменился в лице:

– Вы на что-то намекаете?

– Мне кажется, – нарочито равнодушно произнесла Арфель, – госпожа Льефф говорит прямо. Очень прямо и недвусмысленно. Здесь все присутствующие знают о том, что некий оборотень совершил преступление. Нарушил Соглашение. Не так ли?

– «Некий оборотень» не столь виноват, – внезапно заговорил ти-Риэл.