Жена князя Луны

– Ты, когда горох лущишь, шкурки куда бросаешь? – вопросом на вопрос ответила травница.

– Я его не лущу, – недоуменно отозвалась маг-практик, – но вообще, наверное, шкурки на компост. Куда они еще год… Ох, ну ты-то не шкурка.

За границей света раздался шумный вздох. Это хран, не допущенный на ковер, привлекал к себе внимание.

– Я пойду спать, – решила Арфель. – Я не знаю, кому верить, и окончательно запуталась.

– Никому не верь, – зевнула Каэль и поправилась: – Мне верь и Ричарду верь. Больше никому не верь.

– Так и придется, – кивнула травница.

Сайрен проводил ее до шатра, но внутрь не зашел. Пожелал доброй ночи и вернулся к костру. Арфель же, войдя, была сильно удивлена: она ожидала увидеть что угодно, кроме полноценной кровати.

– Действительно, уютно обустроенная поляна, – проворчала травница.

Сон сморил ее мгновенно. Утянул в свои теплые, мягкие объятия, чтобы через полчаса вышвырнуть в реальность.

– Мамочки, – с трудом выдохнула смущенная донельзя Арфель. – Лучше б не вспоминала. Стыд и разврат!

Укладываясь обратно, в сбитую постель, она постановила никогда и никому не рассказывать о том, как прошла ее ночь с Илуором нид Энтаном. Потому что… Ну как такое расскажешь?! Нет-нет, пусть это будет только ее тайной.

Тут она резко повернулась на другой бок. А волк-то тоже помнит!

– Это все воздействие артефакта, – строго сказала себе Арфель и прижала ладони к горящим щекам. – Определенно. Бесстыдство-то какое!

Второй раз уснуть было тяжело. Да тут еще и вздохнул кто-то, шумно и тоскливо. Арфель на мгновение замерла, не понимая, с чего вдруг подруга начала так тяжело сопеть. А через секунду травница с воплем подскочила – сонный мозг вспомнил, что Каэль спит в другом шатре.

В шатре вспыхнул мягкий, щадящий глаза свет, и перед Арфель возник до крайности смущенный хран. Он скорчился у выхода – то ли пытался уйти, то ли там и сидел полночи. В любом случае сейчас он пытался казаться незаметным, но это у него плохо получалось. Сложно не заметить огромный меховой ком с отражающими свет глазами.

– Тебе не стыдно?

Кошмарик опустил морду и выразительно вздохнул. Даже морду лапой прикрыл.

– Может, примешь человеческий облик?

После этого вопроса хран превратился в соляной столб. И это окончательно подтвердило подозрения Арфель.

– Превращайся, – строго произнесла она и подтянула одеяло.

Ее ночное одеяние было простым и функциональным – мягкие штаны, рубашка и теплые носочки. Все-таки лес не то место, где можно позволить себе ночную рубашку. Мало ли придется срочно выдвигаться, а она вся из себя в прозрачном.

– Я жду.

Тяжелейший вздох разнесся по шатру, и хран резко увеличился в размерах. Он больше не был похож на волкособа. Перед Арфель оказался огромный матерый волк. Волчище.