Жена князя Луны

Или он может немного расслабиться, если все-таки сохранил в себе какой-то процент человечности.

Арфель Льефф

От имперской канцелярии прислали древнего старца. Невысокий, иссушенный возрастом мужчина имел белоснежную пушистую шевелюру и жалкий огрызок вместо бороды. Впрочем, учитывая, как часто он запускал в жиденькую бороденку пальцы… В общем, у растительности на лице не было ни единого шанса стать густой и ухоженной.

– Вы абсолютно уверены, что стали именно ша-раарти? В каком-то смысле понятие «кшэртрии» явилось именно из связи то-соэлена и ша-раарти и оно, понятие «кшэртрии», тоже включает в себя обмен клятвами, – дребезжащим голосом произнес старик после того, как должным образом представился и выслушал имена присутствующих.

– Милорд Авиер, я и милорд нид Энтан не обменивались клятвами, он просто объявил меня своей ша-раарти, а спустя время на руке появился рисунок, – немного раздраженно произнесла Арфель.

И в самом деле, до ночи оставалась всего пара часов, ужин был давно и спать хотелось нестерпимо. Да еще и в гостиной было тесно и нечем дышать, но при этом разговор обещал быть интересным и нельзя было просто взять и уйти!

«Надеюсь, это не перепады настроения. Еще слишком рано», – мысленно вздохнула Арфель. Она, в промежутке между страданиями и боязнью будущего, набросала себе короткий список грядущих изменений (что в характере, что в теле), и перепады настроения должны были начаться чуть позднее.

– О! О! Тогда, конечно, безусловно! Могу ли я узнать, какого рода вьюнок красуется на вашей руке? – Милорд Авиер подпрыгнул в кресле и тут же добавил: – Мы не так много знаем. Но в моем отделе все-все сохраняется, даже самые бессмысленные глупости! Мы должны знать своих соседей. Да. Но вот смежному отделу я сочувствую куда сильнее: они вынуждены изучать демонов. Такая текучка кадров, непредставимо.

Арфель расстегнула мелкие пуговички на рукаве и закатала его. Старичок в изумлении воззрился на бинт:

– О? Неужели под тканью кровавый плющ?! Я помню, Алсри Туманная была настолько сильной колдуньей, что узы ша-раарти не смогли подчинить ее себе!

– Подчинить?! – вскрикнула Арфель и в испуге отдернула руку.

– Вы подчинены своему то-соэлену ровно в той же степени, что и он вам. Это как весы: если на одну чашу положить камень, то, пока на второй не окажется такой же вес, равновесия не будет. Поэтому и ша-раарти и то-соэлену приходится с умом подходить к своим отношениям, да.

Тяжело вздохнув, Арфель попыталась уточнить:

– А кто начинает первым? Если у нас сейчас равновесие, то кто его может нарушить первым?

Милорд Авиер пожал плечами:

– Кто угодно, но учтите: если вы не получите откат, то лишь оттого, что ждете ребенка. Но он, откат, настигнет вас после родов. Обязательно.