Княжна

Есть определённые технологии… короче можно сделать так, что откажется. Но пока рано говорить, посмотрим кем княгиня разродится. Нам эти вильцы-лютичи очень нужны. Ярые воины.

— А если мальчик родится?

— Тогда будем просто переманивать их к нам целыми родами. Дадим преференции… послабления, помощь разную при обустройстве.

Мстиша задумалась. Мне всегда было интересно за ней наблюдать, когда она обдумывает очередную задачу. Да она может быть очень жестокой, даже чрезмерно жестокой. Но, в конце концов, это оправдывается в условиях жестокого века. Если не она, тогда это сделают другие. Но при этом Мстиша всегда ищет вариант наиболее лучший. Мало того, вариант изначально очень жестокий в итоге оборачивается гораздо меньшими потерями. Я когда это понял, был потрясён. У неё во всём есть рационализм. Да, она подвержена эмоциям, но довольно быстро берёт себя в руки. И почистить степь основательно, это не просто отомстить. Но и освободить землю для тех, кто будет ей лоялен. Сев, как мы говорим в моём времени — по-турецки, моё солнце задумалась. Я только усмехнулся и продолжал наблюдать за ней. Да что уж тут скрывать — любоваться ей. Ведь она была передо мной полностью обнажённая. Не смотря на трёх выношенный и рождённых мне сыновей, она по прежнему оставалась красивой, женственно притягательной и потрясающе сексуальной. Она сидела морщила свой лобик. Я наблюдал. Для нас это был идеальный вариант. Не имело значения кто родиться у княгини. Нам любой вариант подходил. Плохо конечно, что доченьку мне Мстиша не подарила. Я очень хотел девочку. Если бы она родилась, то одного из княжичей лютичей мы бы заякорили основательно. Воспитали бы его в духе преданности партии и народу! Но что есть, то есть. Даже в случае рождения мальчика, начнём вербовку. Как Мстиша сказала, наши люди уже есть среди вендов-лютичей. Даже если мы перетащим к себе несколько сотен семей, это уже будет огромная удача! Они реальные отморозки ещё худшие, чем нурманы. Но вот по судите сами, лютичи грабили всё балтийское побережье. Не раз грабили франков и англов. Мало того некоторые даны (датчане) даже платили им дань. Когда Рагнар сидел у меня в полоне, по пьяной лавочке жаловался мне на лютичей, типа грабЮть засранцы без зазрения совести и он ничего поделать с ними не может. Хотя сам ещё тот любитель пограбить на халяву и даже не на халяву, ибо ничего не боялся и был отморозком конченым. Наконец солнце моё улыбнулась. Значит приняла решение. Соскочила на четыре точки и подобралась ко мне. Улеглась, закинув ногу и обняв меня одной рукой.

— У Гостомысла дети есть?

— Были.

— Что значит были?

— Ладо мой тебе же доклад клали на стол.

— Извини не увидел. Не прочитал. И так, что с детьми?

— Два сына погибли.